генерал Баранов

Ответить
Аватара пользователя
Гусельциков
Сообщения: 274
Зарегистрирован: 20 июн 2013, 22:02
Откуда: Запорожье. Украина
Контактная информация:

генерал Баранов

Сообщение Гусельциков » 23 янв 2014, 17:28

1.jpg
1.jpg (94.49 КБ) 4300 просмотров

Баранов Вячеслав Григорьевич
26.02.1887 - 21.06.1964 н.ст.
Православный. Из потомственных дворян. Уроженец ст. Луганской Донецкого округа ВВД. Образование получил в Донском кадетском корпусе (1905). В службу вступил 30.06.1905. Окончил Николаевское инженерное училище (1908). Выпущен Подпоручиком (пр. 15.06.1908) в 4-й саперный батальон. С 24.06.1908 — в военной телеграфной роте. И.д. делопроизводителя батальонного суда (31.03.-30.05.1910). С 29.09.1910 в 5-й воздухоплавательной роте. Поручик (пр. 01.10.1910). Откомандирован в 4-й саперный батальон (с 31.10.1910). Окончил Офицерскую воздухоплавательную школу (1911). Переведен на службу в 5-ю воздухоплавательную роту младшим офицером (с 10.10.1911). С 24.03.1912 — при батальоне воздухоплавательной школы. Окончил Авиационный отдел Гатчинской авиационной школы (1912). Выдержал экзамен на звание летчика на аппарате "Фарман" (01.08.1912) и на звание военного летчика на аппарате "Фарман-7" (05.10.1912). С 22.03.1913 в Гв. корпусном авиаотряде. 30.03.1914 переведен в Гродненскую крепостную воздухоплавательную роту. С 17.06.1914 по 26.06.1914 участвовал в отрядном перелете по маршруту Санкт-Петербург–Новгород–Псков–Юрьев–Ревель–Санкт-Петербург. Участник мировой войны. За исключительную по отваге разведку 07.09.1914 награжден Георгиевским оружием (ВП 06.11.1914). Штабс-капитан (пр. 01.10.1914). Капитан (пр. 22.04.1917). Подполковник (пр. 27.09.1917). В командировке в г. Москва на заводе «Дукс» «для обучения полетам на аппаратах "Моран-парасоль"» (06.06.1915-11.08.1915). Командир Гвардейского авиационного отряда (15.08.1915-19.01.1917), 7-го авиационного дивизиона (19.01.-24.10.1917), начальник авиаотрядов Действующей армии (10-12.1917). В 12.1917 вступил в армию УНР. С 15.12.1917 — инспектор авиации УНР. С 08.1918 - в армии гетмана П.П. Скоропадского. Инспектор авиации Киевского района (20.08.-30.08.1918). Участник белого движения. С 09.1918 — в Донской армии. Полковник (25.12.1918). С 26.09.1918 по 03.03.1919 — командир Донского самолетного дивизиона. С 03.03.1919 по 24.03.1920 — начальник авиации Донской армии, 13.03.1920 эвакуировался из Новороссийска в Крым. С 24.03. по 01.05.1920 — начальник Отдельного Донского корпуса. С 13.04.1920 — член комиссии для выработки устава Общества взаимопомощи чинов авиации. 14.04.1920 прикомандирован к Управлению начальника авиации Русской армии, «за расформированием Донской авиации», 30.04.1920 произведен в Ген-майоры за боевые отличия. С 01.05. по 12.12.1920 — начальник Донского корпуса. С 29.06.1920 — член суда чести для штаб-офицеров авиации. В ноябре 1920 эвакуировался из Крыма на судне «Сцегед». В эмиграции находился сначала в Болгарии и Сербии, затем во Франции. Занимал должность товарища председателя, затем с 1938 председателя Союза русских летчиков во Франции. Принимал участие в создании Высших военно-научных курсов генерала Н.Н. Головина. С 1929 - постоянный сотрудник журнала «Часовой». Служил в Министерстве авиации Франции. В 1940 эвакуировался в Англию. После Второй мировой войны занимался научной деятельностью. Умер в Лондоне. Похоронен на кладбище Вест-Бромптон. Оставил ряд трудов, посвященных использованию авиации в будущей войне, а также курс лекций на Высших военно-научных курсах ген. Головина.
Награды: Св. Станислава 3-й ст. (ВП 28.10.1911); Св. Анны 3-й ст. (ВП 27.03.1913); Св. Станислава 2-й ст. с мечами и бантом (ВП 06.11.1914); Св. Владимира 4-й ст. с мечами и бантом (ВП 28.01.1915); Св. Анны 2-й ст. с мечами (ВП 04.03.1915); Мечи и бант к имеющемуся ордену Св. Анны 3-й ст. (ВП от 27.09.1915); Мечи и бант к имеющемуся ордену Св. Станислава 3-й ст. (ВП 13.12.1915); Георгиевское оружие (ВП 14.06.1915).
http://www.grwar.ru/persons/persons.html?id=366

НЕИЗВЕСТНЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ В. Г. БАРАНОВА ОБ АВИАЦИИ НА ДОНУ
Примерно четверть века тому назад одна из «русскоязычных», как сказали бы сегодня, газет, выпускавшихся в далеком городе Сан-Франциско, опубликовала ряд статей под общим названием «Из прошлого русской авиации». Один из очерков имел заглавие «Два Вячеслава»* и был посвящен жизни двух выдающихся русских авиаторов: Вячеславу Матвеевичу Ткачеву и Вячеславу Григорьевичу Баранову. Автор публикации — В. В. Томич, историк, писавший в Америке об авиации, — предваряя статью, упомянул: «В далёкие годы моего отрочества, начитавшись рассказов о подвигах союзных и вражеских лётчиков-«асов» в 1-ю мировую войну 1914—1918 гг., я был поражён полнейшим отсутствием каких-либо упоминаний о действиях Русской Авиации за тот же период»…
Несмотря на то, что со времени первого удивления, охватившего юного В. Томича, воды утекло очень много, положение изменилось не принципиально. Во всяком случае, в нашей стране. Мы и сегодня мало, что можем добавить, если попытаемся вспомнить первые десять лет существования русской авиации. Ведь именно в эти, поистине героические, годы страна впервые услышала о профессии «авиатор» и обратила свой взор к небесам. Именно в эти времена мы узнали имена людей, прославивших отечественную авиацию…К слову сказать, первая в советское время книга о Петре Николаевиче Нестерове появилась в 1939 году**: до того его имя не было включено ни в «Большую», ни в «Малую», ни в «Военную» Советские энциклопедии.
Финиш первого десятилетия авиации подвергся ещё более серьезной «редактуре», и предлагаемая публикация относится к числу чудом сохранившихся мемуарных источников, посвященных истории боевой авиации Гражданской войны. Даже знатокам и историкам или, во всяком случае, любителям военно-исторической литературы само словосочетание — «Донская авиация» — может показаться надуманным. Однако таковая существовала на протяжении всех трёх лет войны. Само становление, организация и жертвенная работа донских военных летчиков в продолжении этих лет не могут не вызвать — при вдумчивом прочтении рукописи — уважения к факту существования горстки (если судить масштабами армий и фронтов) авиаторов Дона, оказавшихся способными активно противодействовать неизмеримо более могущественному неприятелю.
Предваряя рукопись, нельзя не сказать об эпизодах самоотверженных перелётов к восставшим казакам Верхне-Донской области: здесь донские пилоты предвосхитили появление в отечественной авиации нового вида воздушных войск — транспортной военной авиации…
К числу литературных и исторических особенностей рукописи следует отнести то, что публикуемый текст создавался в описываемую эпоху, т. е. в 1918—1920 гг., когда мало кто в России был озабочен фиксацией и, тем более, анализом подобного материала. То же самое можно сказать о коллекции фотодокументов: 25 фотографий*, приложенных к рукописи, представляют собой самую обильную подборку иллюстраций из всех известных на сегодняшний день, относящихся к теме Белой авиации.
Рукопись была обнаружена авторами в составе документов описи № 2, которая является архивом «Донского архива», в то время как основной комплекс источников мемуарного характера, посвященных событиям «Великой» и Гражданской войн сосредоточены совсем в других фондах.
В деле под одной обложкой переплетены три варианта. Один — рукописный и два машинописных, мало разнящихся между собой. Текст готовился к публикации — на листе с оглавлением имеется расчет букв, строк, страниц и печатных листов, сделанный карандашом.
Фотографии, которые автор предполагал опубликовать в качестве приложения, сохранились в составе другого дела, причем почерк надписей на обороте совпадает с почерком рукописного экземпляра текста. На некоторых фотографиях имеются карандашные пометки, дополняющие текст подписей.
Ряд фотографий впервые был опубликован еще в 1919 году в «Донской волне», еще четыре увидели свет в каталоге выставки «Часовые отчества»**, все остальные публикуются впервые.
Оформление рукописи не позволяло сразу определить автора текста. Последняя машинописная редакция рукописи документа «Состояние авиации на Дону» не имеет имени автора ни в начале, ни в конце текста. Карандашом вписанная над заглавием рукописи фамилия «Баранов» не принадлежит В. Г. Баранову, столь же определённо, как и обе даты по краям: «2 — VIII» и «8 — IX — 23. просмотрено»…
Сомнения в том, что автором публикуемого документа является Вячеслав Баранов, полностью исчезают, если знать некоторые особенности его биографии. В уже цитированном очерке Томич указывает: «В этой переписке, по временам, принимала участие и милейшая супруга В. Г. Баранова — Екатерина Сергеевна, урожденная Дьякова, талантливая поэтесса и фронтовая сестра милосердия со времен Первой Мировой войны, еще тогда познакомившаяся с ним в авиационном отряде». Более того, если обратиться к журналу «Донская волна», издававшегося с 1918 года, нетрудно отыскать стихи и очерки, подписанные Екатериной Дьяковой. Причём посвященные в основном русским военным авиаторам.

Сам В. Г. Баранов, более чем загруженный делами по строительству и руководству своими войсками, не имел шансов отвлекаться на литературные хлопоты; но оставить «на потом» стремительно мчащееся авиационное время тоже не хотел. И тут волею небес он обрел соратника и верного друга в лице Екатерины Сергеевны Дьяковой.
О том, что кто-либо иной мог владеть столь полной информацией, касающейся донской авиации, кроме В. Г. Баранова, её бессменного организатора и руководителя, не может быть и речи. Об этом, о многотрудной и виртуозной деятельности Вячеслава Григорьевича, сообщал в своей докладной записке генералу А. М. Драгомирову известный политик В. В. Шульгин:
«27-го октября [1918 г.], закончив дела по эвакуации из Киева в Добровольческую Армию авиационных парков и мастерских, прибыл в Екатеринодар полковник Баранов, работавший в контакте с «Азбукой» в г. Киев.
Полковник Баранов, бывший с сентября месяца прошлого года помощником Авиадарма при ставке, весною этого года на свой страх и риск предпринял создание авиации при Добровольческой Армии. Для этого полковник Баранов съездил в Совдепию, отыскал там своего офицера капитана Александровича, снабдил его деньгами и, уговоривши его вступить на службу к большевикам, поручил ему перелететь с аппаратом в Добровольческую Армию, что капитан Александрович и исполнил, положив этим начало авиации Добровольческой армии.
Вслед за тем полковник Баранов, договорившись предварительно с Донским Правительством, сам поступил на Украинскую службу и, подобрав группу верных офицеров, начал планомерную эвакуацию киевских авиационных парков и мастерских. В разное время, рискуя не только своим положением, но и личной безопасностью, полковник Баранов переправил на Дон и в Добровольческую Армию свыше 70 летательных аппаратов [..].
[Общая оценка доставленного имущества составляет] несколько десятков миллионов рублей.
Полковник Баранов пользуется среди офицеров-летчиков исключительно высоким авторитетом и уважением, как прекрасный организатор и боевой офицер, имеющий Георгиевское Оружие.
Начальник Организации «Азбука» В. Шульгин.»*
Рукопись книги «Состояние авиации на Дону» так и не увидела свет. Вплоть до сегодняшнего дня. Кроме объективных на то причин, имели место причины субъективные: Вячеслав Григорьевич не хотел, чтобы рукопись шла в печать в неудовлетворяющем его самого виде. А именно это обстоятельство — нехватка документального материала — было ахиллесовой пятой подобного рода изданий; анализ более поздних публикаций Баранова говорит о том, что он избегал упоминаний о самой близкой ему теме (Донской авиации), потому что не располагал по понятным причинам достаточным количеством источников, которыми мог бы сверить свою первую работу. Скоротечность событий Гражданской войны и последовавшая эмиграция предопределяли абсолютную нереальность обладания полнокровным архивом по исследуемой теме и, как следствие, осознанное ощущение неправомочности издания труда, содержащего фактологические ошибки.
С подобной трудностью сталкивались все, кто пытался изложить на бумаге историю Великой и Гражданской войн (В. М. Ткачев, Р. Л. Нижевский, Г. Л. Шереметевский и А. В. Серапинин**…). Эта трудность неоднократно толкала самого Вячеслава Григорьевича публично выступать с призывом создать в эмиграции «Исторический авиационный комитет», который «поставит себе целью с возможной точностью и подробностями восстановить все данные о первых десяти годах Русской Авиаци.
Немного можно назвать и работ, посвященных Донской авиации. Ряд перепечаток в местной прессе статей из «авиационного» номера Донской волны, статья Ю. Доронина, обзорная работа М. Хайруллина, главка в капитальной работе по истории униформы российского военного воздушного флота*** — вот, пожалуй, и вся скудная библиография.
2.jpg
2.jpg (147.45 КБ) 4300 просмотров

Моторная мастерская Донского авиапарка. Сентябрь 1918

Проблема, к сожалению, сохранилась и по сегодняшний день. Публикаторы предлагаемой рукописи не без горечи убедились, насколько невелик массив подлинных документов, относящихся к эпохе первых десяти лет русской авиации. Сосредоточенные в «белых» фондах Российского государственного военного архива, они мало востребованы и практически не публикуются в составе научных сборников. С другой стороны, нельзя не радоваться, что, наконец-то, пришёл к читателю уникальнейший документ, способный серьёзно расширить его знания. Мы не исключаем, что появление в печати рукописи В. Г. Баранова окажется стимулом в поисках и публикациях новых, неизвестных доселе документов в архивах России и за рубежом.
Текст печатается по выверенному машинописному экземпляру рукописи (ГА РФ. Р-7030. Оп. 2. Д. 150. Л. 44—89), статья «Памяти военного летчика есаула В. Э. Попова» сверена с публикацией 1919 года (Донская волна. — Екатеринодар. 1919. № 30. 29 августа. С. 10—11.). Все даты приведены по «старому» стилю. Орфография и пунктуация рукописи сохранена практически полностью, за исключением исправленных опечаток и раскрытых общепринятых сокращений, которые при публикации специально не оговаривались.
Авторы выражают благодарность Л. И. Петрушевой (ГА РФ) и Ю. А. Тарала (Музей русской культуры г. Сан-Франциско) за помощь в подготовке публикации этих воспоминаний.

СОСТОЯНИЕ АВИАЦИИ НА ДОНУ
В. Г. Баранов1

Оглавление
1. Вступление
2. Работа полковника Баранова на Украине и в Совдепии
3. Состояние авиации на Дону в 1917 г.
4. Состояние авиации на Дону в 1918 г.
5. Состояние авиации на Дону в 1919 г.
6. Состояние авиации на Дону в 1920 г.
7. Приказы о боевой деятельности Донской авиации
8. Перелёты из Украины и из Совдепии
9. Полёты к генералу Мамонтову
10. Полёты к верхне-донцам
11. Светлой памяти погибших в Донской армии
12. Памяти военного лётчика есаула В. Э. Попова2, первой жертвы боевого долга в донской авиации

В 1917 году, самом трагическом из всех, какие знала тысячелетняя история России, погибла распропагандированная, обмороченная русская армия. Не легла костьми на полях брани, но бежала, открывая границы врагу, дико и бессмысленно предавая огню и мечу своё же русское достояние, грабя, избивая и замучивая тех, кто пытался противопоставить дикому разгулу страстей призывы к порядку и дисциплине. Повальное безумие, начавшееся с фронтов, заразило уже почти всю страну, и только на Дону ещё не было развала.
Светлый рыцарь — атаман Каледин3 со своим помощником и другом, честнейшим идеалистом М. П. Богаевским4, отдавали все силы, чтобы не допустить заразу большевизма в пределы Дона.
В то время на Дон стекались все те, кто жаждал спасения России, кто сохранил стойкие убеждения и жажду подвига во имя единой святой идеи. Но и Дону суждено было заболеть тяжким всеобщим душевным недугом. Ушёл от жизни, не выдержав непосильного душевного гнёта, светлый атаман Каледин, от руки гнусных убийц пал М. П. Богаевский, и множество чистого светлого юношества погибло в борьбе за правду. Но не напрасны были эти жертвы. Помутившийся было рассудок донцов стал проясняться. Снова водворился порядок на Дону, создавался противобольшевистский фронт, образовалась Донская5 и Добровольческая6 армии, и стала крепнуть моральная стена отгородившегося Дона от вздымавшихся кругом волн анархии. Но армиям, кроме моральной спайки, необходимы были технические средства, боевые припасы, снаряжение. С великим трудом пополняли доблестные армии свои скудные запасы. Не хватало орудий, снарядов, совершенно отсутствовала такая необходимейшая отрасль военного дела, как авиация. Современная война ярко выявила крайнюю необходимость этих «ушей и глаз армии». Отсутствие воздушной разведки и связи сильно отражалось на боевых операциях.
3.jpg
3.jpg (139.21 КБ) 4300 просмотров

Линейка первых машин Донской авиации. Новочеркасск. Август 1918

В это время Юго-Западный русско-германский фронт подкатывался почти к самому Киеву. Развал армии достиг своего апогея, и в Киев стекалось офицерство с Юго-Западного и Румынского фронтов, уже открытых врагу обезумевшими солдатами. Бесценное имущество армии расхищалось и гибло безвозвратно. Новейшие орудия продавались врагу за бутылку водки, за табак… В Киеве собралось и множество лётчиков офицеров, и командиров частей. Огромнейшее большинство офицеров не принадлежало ни к украинцам7, ни, тем более, к самостийникам8, но вынуждено было поступать к украинцам на службу, оставаясь тем не менее верными своим убеждениям и долгу перед Родиной.
Состоялось секретное совещание собравшихся лётчиков с прибывшим после развала фронта командиром 7-го авиационного дивизиона подполковником Барановым. Видя неотвратимую гибель родного дела авиации на многие годы при существовавшем ходе вещей, учитывая всю тяжесть потери богатейшего имущества, расхищаемого и истребляемого лицами, объявившими себя «хранителями народного состояния», подполковник Баранов задумал и задался целью спасти в возможно широком масштабе авиационное имущество Юго-Западного фронта. Этот фронт, ввиду того, что на нём в июне 1917 года сконцентрированы были громадные наши силы для ведения широкого наступления, которое должно было, как предполагалось, чуть ли не решить весь исход войны в нашу пользу, и каковое закончилось неслыханным в истории развалом армии, — был исключительно богато и мощно оборудован в смысле количества и качества авиационных отрядов, баз-поездов, мастерских с громадными складами запасных частей и бомб. Выбранный единогласно подполковник Баранов был назначен «головой» украинской авиации и принял этот пост, руководимый исключительно проведением в жизнь своей задачи — собирания и сохранения авиационного имущества своего фронта.
И только близкие и преданные делу лётчики были посвящены в планы своего бывшего начальника 7-го авиационного дивизиона: спасенное имущество передать туда, где право человеческое, честь и долг ещё хранили свои древние уста, — на Дон, где формировались Донская и Добровольческая армии. Нужно было изъять аппараты с фронта, вывезти имущество отрядов, баз и мастерских, стянуть всё к Киеву, чтобы не дать возможности большевикам увезти всё внутрь страны. В то время большевики ревностно проводили в жизнь принцип «самоопределения народностей». Нужно было украинизировать авиационные части, чтобы объяснить их «народным достоянием Украины» и таким образом вырвать добычу из рук большевиков. К этому сразу же были направлены все усилия «головы Украинской авиации». На фронт были посланы испытанные, отважные и умные офицеры, которым было предписано во что бы то ни стало склонять части, сохранившие ещё какое-то подобие целости, «украинизироваться» и оттягиваться к Киеву. 9-й армейский отряд явился в полном составе под командой вр. командующего отрядом полковника Зиновьева, приведшего даже обозы. Впоследствии весь этот отряд перелетел на Дон. Многие, узнав, что во главе украинской авиации стоит их бывший начальник, украинизировались сами. В Киеве появилось масса аппаратов и обширные запасы авиационного имущества.
Офицеры, бежавшие из отрядов, не пожелавших украинизироваться, привозили с собой мелкие, но ценные авиационные вещи: анероиды, компасы, счётчики, лишая отправляемые в Совдепию аппараты необходимых, а зачастую и жизненных частей — и сдавали всё в Управление «головы» украинской авиации.
В это предприятие подполковника Баранова был посвящён находившийся тогда в Киеве будущий член Донского Круга Шапкин9. Путём напряжённой, тяжёлой конспиративной работы в конце декабря 1917 года был сформирован богатейший эшелон, предназначенный к отправке официально на новосформированную базу в Александровск, а неофициально — на Дон. Для этой цели и была устроена база в Александровске. Однако этому эшелону не суждено было выполнить своё назначение. Наступавшими в Киев большевиками эшелон был захвачен и задержан. Однако впоследствии выяснилось, что красные не успели его своевременно переправить, как хотели, в Москву, и часть его через несколько месяцев, минуя немецкие руки, всё-таки оказалась на Дону.

Аватара пользователя
Гусельциков
Сообщения: 274
Зарегистрирован: 20 июн 2013, 22:02
Откуда: Запорожье. Украина
Контактная информация:

Re: генерал Баранов

Сообщение Гусельциков » 23 янв 2014, 18:46

В январе 1918 г. после ряда боёв Киев был захвачен большевиками. Подполковник Баранов, вынужденный бежать, пробрался в Москву, центр скопления лётчиков и, живя там под чужим именем, информируя лётчиков об истинном положении дел на Дону, о которых тогда в Москве ходили неопределённые и разноречивые слухи, — стал вести широкую подпольную агитацию и организовал несколько перелётов из Совдепии на Дон. Впоследствии эта агитация дала Югу России целый ряд перелетевших одиночным порядком и целыми отрядами верных долгу лётчиков. После двухмесячной работы в Москве, связанной с риском для жизни, подполковнику Баранову удалось пробраться с огромными трудностями через немецко-большевистский заслон в Орше, приехать в Киев и продолжать прерванное было дело спасения и собирания фронтовой авиации при новых, ещё более трудных условиях, т. к. на Украине уже господствовали немцы и германская власть. На этот раз по особым соображениям подполковник Баранов отказался от вновь предложенного ему поста головы украинской авиации и взял должность инспектора авиации Киевского дивизиона, место менее видное и более подходящее для продолжения задуманного дела. Несмотря на глубоко конспиративное ведение дела, немцы учуяли что-то неладное. На квартире подполковника Баранова были несколько раз произведены тщательные обыски, не давшие никаких результатов, т. к. они были предвидены.
Ведшиеся параллельно с тайной подготовкой вывоза авиационного имущества официальные переговоры представителя Дона генерала Черячукина10 не увенчались успехом. Немцы соглашались дать вместо просимых 30 аппаратов всего лишь два аппарата и то старого типа «Вуазен».
Тем сильнее приходилось напрягать все силы, чтобы создать авиацию на Юге России путём тайного вывоза имущества. Пока шла подготовительная работа по вывозу крупного имущества, подполковник Баранов вошёл в соглашение с артиллеристами, и в артиллерийских эшелонах периодически стало отправляться на Дон по вагону со всяким авиационным имуществом. Так было переправлено множество запасных частей, большое количество фотографических аппаратов, запасных частей к аэропланам, приборов и материалов.
Наконец, 2-го июля 1918 г., направляясь якобы в Харьков, отошёл из Киева первый эшелон, предназначенный на Дон, в составе 24 вагонов, а через несколько дней подполковника Баранов сам выехал вперёд со скорым поездом, чтобы подготовить эшелону всякую помощь в пути. 27 июля после долгих усилий и мытарств, после ареста в Таганроге немцами сопровождавших эшелон офицеров /прапорщика Янченко11 и сотника Попова/, выпущенных только благодаря объявленной ими голодовке /см. статью В. Попова в авиац. номере «Донская волна»/, — эшелон прибыл-таки в Новочеркасск. Успокоившись за судьбу этого эшелона, подполковник Баранов вернулся в Киев, чтобы приступить к формированию второго эшелона — в гораздо более крупном масштабе. Одновременно усилилась слежка немецко-украинских властей. Пришлось 2 раза менять квартиру, где собирались к подполковнику Баранову доверенные люди во всякое время дня и ночи. При таких условиях казалось немыслимым «протолкнуть» на Дон второй эшелон. Но с Божьей помощью в конце августа прибыл на Дон «Екатеринославский» эшелон в составе 44 вагонов ценнейшего авиационного имущества многомиллионной стоимости без расходов для Дона. Одновременно прибыл на Дон подполковник Баранов, чтобы посвятить себя всецело работе на Дону. Задача, которую в течение долгих и трудных месяцев он ставил себе целью жизни, была, наконец, выполнена целиком.

Состояние авиации на Дону в 1917 г.

В конце 1917 года, когда ещё только оставался на Дону клочок земли, не занятый большевиками, в Новочеркасске образовалось общество деятелей авиации, во главе которого стал лётчик-наблюдатель, инженер-поручик Фёдоров12. Была произведена регистрация лётчиков, находившихся в то время на Дону. Зарегистрированы были:
1. Военный лётчик подполковник Усов13,
2. Военный лётчик сотник Форапонов14,
3. Лётчик-наблюдатель подъесаул Захаров15,
4. Военный лётчик подъесаул Качаловский16,
5. Военный лётчик подъесаул Широков17,
6. Военный лётчик сотник Фёдоров,
7. Военный лётчик сотник Жеребцов18,
8. Лётчик-наблюдатель сотник Жеребцов,
9. Военный лётчик сотник Соколов19,
10. Военный лётчик сотник Шумков20,
11. Военно-морской лётчик лейтенант Крыгин21,
12. Военный лётчик мичман Клец-Клевцов22,
13. Военный лётчик сотник Кондрюков23,
14. Лётчик-наблюдатель сотник Колпиков24,
15. Лётчик-наблюдатель хорунжий Колпиков,
16. Лётчик-наблюдатель подъесаул Ключников,
17. Военный лётчик прапорщик Кондратенко25,
18. Лётчик-наблюдатель поручик Петрачев,
19. Военный лётчик поручик Павлов26.
Ввиду того, что на Дону совершенно отсутствовали аппараты, то была предпринята экспедиция в Таганрог, в то время уже занятый большевиками, где на авиационном заводе Лебедева27 имелись аппараты. В экспедиции участвовал воинский отряд /юнкера/ и лётчики. Был занят завод Лебедева, причём 2 аппарата «Вуазен» были лётом /поручиком Павловым и лейтенантом Крыгиным/ переведены в Новочеркасск. Во время этой экспедиции был захвачен большевиками и расстрелян военный лётчик сотник Шумков. Эти два прибывшие на Новочеркасский ипподром аэроплана и послужили основой авиации на Дону в период начала гражданской войны. На них было совершено несколько разведывательных полётов, но ввиду того, что определённого боевого фронта на Дону ещё не было, глубоких разведок эти аппараты выполнять не могли, существенной пользы не получилось.
1.jpg
1.jpg (173.35 КБ) 4290 просмотров

Аэродром в Новочеркасске. Второй справа: В. Г. Баранов, третий — И. С. Стрельников. Февраль — март 1919

Авиация на Дону в 1918 г.
В феврале месяце большевизм охватил весь Дон. Вместе с походным атаманом Поповым в Степной28 поход отправилась и часть лётчиков с подъесаулом Качаловским во главе. Оставшиеся лётчики рассеялись по станциям и хуторам. Лейтенант Крыгин улетел на одном «Вуазене» в район станицы Константиновской, а другой, поломанный «Вуазен», был брошен на ипподроме.
Когда же Новочеркасск был снова занят восставшими казаками и донской атаман генерал Краснов стал формировать армию, сконструировался и 1-й Донской самолётный отряд в составе 2 аппаратов, о которых было сказано выше, и третьего «Вуазена», доставшегося Дону благодаря перелёту из советской России поручика Александровича29.
Командиром самолётного отряда был назначен подъесаул Широков, в скором времени пропавший без вести. На его место был назначен подъесаул Качаловский. С этого момента отряд несёт планомерный ряд заданий и приносит существенную пользу, давая подчас ценные сведения. В этот же период молодую Донскую армию постигло большое несчастье: был смертельно ранен во время разведки доблестный военный лётчик есаул Попов и едва не сгорел его наблюдатель подъесаул Захаров. Об этой безвременной жертве долга будет подробно рассказано в главе, посвященной погибшим донской авиации лётчикам. Незадолго до этой трагической потери на Дон прибыл из Украины 1-й авиационный эшелон в составе 21 платформы с аппаратами и 3 крытых вагонов, из которых два содержали исключительно бомбы. Это был чрезвычайно ценный вклад в авиационное дело на Дону. За отсутствием авиабомб лётчикам приходилось довольствоваться бомбами кустарной работы, переделанными из артиллерийских снарядов. Имущество прибывшего эшелона было поделено между Донской и Добровольческой армиями. Так как в то время немцы страшно следили за тем, чтобы никакое боевое имущество не попадало с Дону в Добровольческую армию, и вели строжайший контроль, лётчики Добровольческой армии, получив в Новочеркасске новые аппараты, под видом донских лётчиков периодически исчезали, вылетая якобы на разведку и не возвращаясь, на самом же деле перелетая в Добровольческую армию.
12 сентября 1918 года прибыл второй эшелон, состоящий из 44 вагонов, нагруженных аэропланами, автомобилями, бомбами и прочим всем необходимым. Этот эшелон дал уже вполне прочное и солидное основание для постановки авиационного дела на Дону. Немедленно же было приступлено к формированию 2-го Донского самолётного отряда, командиром которого был назначен подполковник Лавров30, и Донского авиационного парка, командиром которого назначен капитан Павлов31. Командиром Донского самолётного дивизиона назначен прибывший из Киева подполковник Баранов. Командир Донского самолётного отряда дивизиона подчинялся начальнику технического отдела полковнику Усову, исполнявшему должность инспектора авиации.
Перелетевший 18 октября 9-й армейский авиационный отряд сразу увеличил собою численность отрядов Донского дивизиона, сохранив, однако, по ходатайству офицеров отряда, наименование 9-го армейского авиационного отряда, каковым он не переставал именоваться с момента своего сформирования в период германской войны.

Работа донской авиации в 1918 году
К концу 1918 году, когда донская авиация имела в своём составе только три отряда, причём только один из них был вполне сформирован в начале года, второй сформировался только в конце года, а третий — 9-й армейский авиационный отряд перелетел только в половине октября и, попав в период эвакуации вследствие отступления, боевой работы не производил, — были даны донской авиацией следующие результаты:
аппараты произвели в воздухе 611 часов боевых разведок;
совершено было 394 полёта, общая сумма маршрутных вёрст 69.460, было разбросано 135.000 прокламаций и воззваний, сброшено 513 бомб, часто вызывавших, по свидетельским показаниям, пожары и взрывы в тылу противника.
Средняя работа отряда получилась в следующих цифрах: разведок — 131, количество часов в воздухе — 204. Несмотря на то, что работы ложились на 1-й отряд, всё же средняя деятельность отрядов превышает по интенсивности среднюю работу большинства отрядов в германскую войну.

Донской авиационный парк в 1918 году
Когда прибыл с Украины 2-й эшелон с авиационным имуществом и сформировались первые три отряда, явилась потребность и возможность оборудования больших мастерских, так как маленькая починочная мастерская при 1-м Донском самолётном отряде уже не могла обслуживать широко развивающееся авиационное дело.
В сентябре месяце из имущества, доставленного из Украины, был сформирован парк, оборудованы большие мастерские, широко снабжённый склад и сотня. В мастерских насчитывались цехи: механический, моторный, столярный, сборочный, автомобильный и две мастерские: магнетная? и никелировочная.
Парком было отремонтировано: в 1918 году 41 самолёт крупного ремонта, исправлено: 61 мотор, не считая других работ.

Авиация на Дону в 1919 г.
Организация. 29 января приступлено было к формированию 3-го Донского самолётного отряда, командиром которого был назначен военный лётчик подполковник Антонов32.
4 марта приказом Вс. В. Д. № 418 был по техническим условиям расформирован 9-й армейский авиационный отряд, личный состав был разделён между самолётными отрядами.
Приказом Донским армииям и флоту № 118 от 3 апреля авиационный дивизион Астраханского казачьего войска и авиационный дивизион Южной армии были расформированы и из них образован 2-й самолётный дивизион Донской армии.
Приказом управляющего военными и морскими отделами Вс. В. Д. № 70 от 30 марта установлена должность начальника авиации Донских армий для объединения действий и руководства всеми авиационными частями Донских армий с соответствующим управлением начальника авиации.
Начальником авиации назначен в. л. полковник Баранов. Таким образом, донская авиация вылилась в следующую форму:
Во главе авиации стоял начальник авиации Донской армии (Управление начальника авиации).
Ему подчинялись:
1). 1-й Донской самолётный дивизион — командир в. л. полковник Стрельников33.
2). 2-й Донской самолётный дивизион — командир полковник Коровников34.
3). Донской авиационный парк — командир капитан Матвеев*.
1-й Донской самолётный дивизион состоял из трёх отрядов:
1). 1-й Донской самолётный отряд — войсковой старшина Качаловский.
2). 2-й Донской самолётный отряд — подполковник Лавров.
3). 3-й Донской самолётный отряд — подполковник Антонов.
4). Авиационная подвижная база-мастерская — капитан Павлов.
2-й Донской самолётный дивизион:
1). 4-й Донской самолётный отряд — командир есаул Зверев35.
2). 5-й Донской самолётный отряд — подполковник Корицкий36.
3). 6-й Донской самолётный отряд — капитан Киселевич37.
4). Авиационная подвижная база-мастерская — поручик Мозонов38.
Командиру Донского авиационного парка подчинялась школа мотористов, начальником которой был в. л. лейтенант Клец-Клевцов.
Личный состав. В первые моменты возникновения авиации на Дону, в тот период, когда ещё не были доставлены аппараты с Украины, лётчики, находившиеся в то время на Дону, были исключительно из казаков. По мере развития авиационного дела донская авиация пополнилась большим количеством лётчиков не казаков. В 1919 году, в момент наибольшего развития и расцвета донской авиации, казаков и уроженцев Дона в авиации было 15%.
Низший персонал авиаработников — механики, мотористы, ввиду того, что на Дону не было раньше технических войск и промышленность слабо развита, — набирались почти исключительно в первое время /до первых выпусков из школы мотористов/ из пришлого элемента: заводских мастеровых, слесарей монтёров и пр. Элемент этот был чрезвычайно ненадёжен, но выбирать было не из чего, и лётчикам приходилось не только напряженно следить за своими аппаратам, постоянно осматривать и проверять их, но зачастую и самим работать, никогда не будучи уверенными в собственной безопасности не только в воздухе, но и на земле, т. к. было несколько случаев безусловно злоумышленной порчи моторов и аппаратов, два случая убийства из винтовки мастеровыми парка своих офицеров /мичмана Левицкого39 в Новочеркасске и в. л. поручика Прихненко40 в станице Усть-Лабинской/ и нескольких покушений на убийство. В последних случаях убийцы не были найдены.
2.jpg
2.jpg (149.91 КБ) 4290 просмотров

Празднование Дня авиации 20 июля 1919 в г. Новочеркасске
(№ 1 — командующий Донской армией генерал Сидорин, № 2 — В. Г. Баранов)


Исключительно надёжным элементом среди мотористов были казаки. К сожалению, их было немного, а те, которые обучились в школе мотористов, были недостаточно опытны.
Среди мотористов и мастеровых таилось много тёмного и враждебного элемента. Чрезвычайно ярок случай, когда 1-й Донской отряд получил от Добровольческой армии 7 прекрасных английских самолётов «Ди-Хевелянд-9». Это было в Екатеринодаре, незадолго перед эвакуацией. Офицеры и мотористы отряда работали чуть не круглые сутки, чтобы успеть собрать аппараты до эвакуации Екатеринодара. В ночь с 3 марта на 4 марта 1920 года аппараты были готовы, и утром лётчики должны были вылетать. Когда рано утром лётчики после короткого сна пришли на аэродром, чтобы лететь, мотористов не оказалось. Все моторы были искусно испорчены, и прекрасные новые аппараты, с таким трудом полученные и собранные, пришлось сжечь, т. к. большевики были уже у Екатеринодара.
Вообще же лётчики приняли за правило после ремонта в первый пробный полёт брать с собой за пассажира моториста, который ремонтировал самолёт.

Аватара пользователя
Гусельциков
Сообщения: 274
Зарегистрирован: 20 июн 2013, 22:02
Откуда: Запорожье. Украина
Контактная информация:

Re: генерал Баранов

Сообщение Гусельциков » 23 янв 2014, 21:27

Приведу выдержку из приказа войскам Донской армии от 4 марта за № 71:
«За последнее время на аэродроме Донского авиационного парка наблюдалось несколько случаев, заставляющих подозревать в умышленной порче авиационных двигателей и самолётов с целью вывести из строя последние и тем самым лишить их боеспособности. В случае умышленной или даже злостно-небрежной порчи аэропланов неукоснительно предавать военно-полевому суду обнаруженных или даже подозреваемых виновников. Предупредить всех чинов, что наказание по военно-полевому суду за преступление — до смертной казни включительно.
Подлинный подписал командующий Донской армией и флотом Генерального штаба генерал-майор Сидорин41».
При таких, подчас непомерно тяжёлых условиях протекала жизнь и боевая деятельность доблестных донских лётчиков.

Техническое снабжение
Снабжение донской авиации в 1919 году техническим имуществом, самолётами и запасными частями происходило несколькими путями:
1. Путём реквизиции материалов, запасных частей на авиационном заводе «Лебедев» в Таганроге.
2. Получением аэропланов «Фарман 30» с Бердянского завода «Матиас и Кº».
3. Путём получения имущества в захваченном В. С. Ю. Р. областях.
4. Путём снабжения английским авиационным имуществом.
Относительно реквизиции на заводе Лебедева в Таганроге привожу выдержку из приказа Вс. В. Д. от 23 августа за № 1300:
«Согласно распоряжению донского атамана от 13 сентября 1919 г. за № 1154 была назначена реквизиция авиационного и другого имущества для нужд авиационного отдела на бездействовавшем с января 1918 г. авиационном заводе акционерного общества воздухоплавания «В. А. Лебедев» в г. Таганроге, где ценные, за отсутствием на рынке, и крайне необходимые военному ведомству материалы и инструменты администрация завода начала распродавать на сторону, в частные руки. Назначенная для этой цели реквизиционная комиссия закончила свою работу к 1 января 1919 года, реквизировав на этом заводе материалов и авиационных предметов на сумму приблизительно 350 000 руб. В марте 1919 г. была назначена 2 реквизиционная комиссия под председательством в<оенного> л<етчика> ротмистра Доломанова, которая закончила свою работу в последнее время в связи с изданным Донским правительством законом о прекращении реквизиции. Начальнику донской авиации произвести уплату из имеющегося в его распоряжении на эту потребность кредита согласно оценке, произведённой междуведомственной комиссией. Генерал-лейтенант Богаевский42».
Относительно завода «Матиас» привожу договор:
«1918 года 15 октября, я, нижеподписавшийся, и т. д., выдаю настоящее удостоверение и обязательство Правительству Вс. В. Д. в том, что означенное Общество обязывается отдать Донскому правительству изготовленные на принадлежащем Обществу заводе летательные аппараты, заказанные Управлением воздушного флота в 1918 г. 17 мая, системы «Фарман—30» в количестве 20 штук, не позже первого декабря с. г. По получении недостающих материалов для окончания аппаратов, Общество обязывается ещё отдать 10 аппаратов.
1.jpg
1.jpg (115.34 КБ) 4284 просмотра

Инспектор авиации ВСЮР генерал-лейтенант И. И. Кравцевич (в центре) в штабе Донской авиации. Слева — И. И. Стрельников, справа — В. Г. Баранов. 1919

Директор-распорядитель Николай Матвеевич Глаголев43».
Донская авиация получила всего 10 «Фарманов—30», причём в 1919 г. и с крайне плохими полётными качествами.

Снабжение английскими аэропланами
В марте месяце 1919 г. начали прибывать в Новороссийск английские аэропланы типа «Арриейт» для авиации В. С. Ю. Р. В конце апреля был послан 1-й Донской самолётный отряд в города Екатеринодар и Новороссийск для перевооружения на английские самолёты. 17 августа 1919 г. 1-й Донской самолётный отряд был перевооружён и прибыл летом в район Царицына. Английские аэропланы типа «Арриейт» были присланы англичанами в большом количестве. Этот тип считался устарелым, и, кроме того, полётные качества аппарата были неудовлетворительны, требовали большой точности управления. Небольшая ошибка в управлении, вполне допустимая в других аппаратах, вела к гибели лётчиков. 8 человек донской авиации и 10 Добровольческой сгорели на этих самолётах. Прибытие этих самолётов на Донской фронт не принесло ощутительных результатов.
В июне месяце 4-й Донской самолётный отряд отбыл в Екатеринодар на перевооружение на английские аэропланы — истребители «Кеммель» с 2 пулемётами и в июле прибыл на станцию Митрофановка. Эти аппараты обладали хорошими качествами, но как одноместные не могли иметь особо успешного применения в гражданской настоящей войне, где первой целью должны быть разведка и бомбометание, а не бой с малочисленным воздушным противником.
В октябре 1919 г. 2-й самолётный и 6-й самолётный отряды отбыли в Таганрог на перевооружение на английские самолёты «Арриейт», но вследствие начавшейся эвакуации в декабре на фронт не выходили.
Авиация Добровольческой армии снабжалась прекрасными английскими аппаратами типа «Ди-Хевелянд-9» и «Либерти», обладавшими превосходными свойствами во всех отношениях. Так, например, радиус действия «Либерти» был приблизительно тысячу вёрст. Донская авиация этих аппаратов не получала, и только в Екатеринодаре перед самой эвакуацией получил 1-й Донской самолётный отряд 7 «Ди-Хевелянд», которые пришлось сжечь из-за измены всех до одного мотористов, испортивших моторы и скрывшихся.
Итак, английское снабжение донской авиации аэропланами не сыграло крупной роли для донской авиации, и вся блестящая работа последней, все многочисленные полёты к верхне-донцам, к генералу Мамонтову44, к уральцам и оренбуржцам — были совершены на старых поношенных самолётах.
Донское командование и Донской В[ойсковой] Круг, видя, какую крупную и незаменимую роль во многих случаях играет авиация, и, наблюдая, на каких старых машинах приходится работать лётчикам, решили всемерно придти на помощь, а Донской В[ойсковой] Круг отпустил в августе месяце 29 миллионов рублей на покупку аэропланов в Италии. К сожалению, последовавшие события в конце 1919 года, эвакуация Донской области, а потом и Кубани, не дали возможности привести в исполнение это намерение.

Боевая работа донской авиации в 1919 г.
Подводя общий итог деятельности донской авиации за 1919 г. можно указать на следующие цифры:
Боевых полётов — 1400.
Продолжительность полётов — 2500 часов.
Маршрутных вёрст — 168.000.
Прокламаций и воззваний — 425.000.
Сброшенных бомб — 1.800.

Работа парка
За 1919 г. парком отремонтировано 102 самолёта и исправлено 108 моторов, не считая других работ.
1.jpg
1.jpg (133.1 КБ) 4284 просмотра

Ангар-амбар Донской авиации. В центре — В. Г. Баранов (в папахе), справа — И. И. Стрельников. Февраль — март 1919

Донская авиация в 1920 г.
В конце 1919 года Донская область была оставлена, причём во время эвакуации погибла часть донского авиационного имущества. Приказом Донской армии и флота от 6 января 1920 года за № 2 донская авиация была сокращена до 3 авиаотрядов, одной авиабазы, парка и управления начальника донской авиации. Авиационный парк перешёл в станицу Усть-Лабинскую. Январь, февраль и начало марта донская авиация, несмотря на тяжёлые условия, работала усиленно и самоотверженно. После эвакуации Екатеринодара, где погибло много авиационного имущества, на станцию Георгие-Афипскую прилетело 20 оставшихся аэропланов, развивших интенсивную деятельность. Затем во время начавшегося беспорядочного отступления к Новороссийску донская авиация таяла с каждым днём, на каждой станции сжигалось несколько аппаратов. В Новороссийск прилетело 8 аппаратов, а в Крым прилетело 4.
При эвакуации в Крым пропало без вести 56 офицеров и классных чинов донской авиации.
Приказом Донской авиации за № 125 от 25 марта 1920 г. Донская авиация была расформирована.

Аватара пользователя
Гусельциков
Сообщения: 274
Зарегистрирован: 20 июн 2013, 22:02
Откуда: Запорожье. Украина
Контактная информация:

Re: генерал Баранов

Сообщение Гусельциков » 24 янв 2014, 18:42

Приложение
Приказ начальника авиации Донских армий № 34 от 1 мая 1919 г.
г. Новочеркасск
Начальник штаба 3-й армии телеграммой за № 1428 сообщил мне об исключительно самоотверженной боевой деятельности 2-го самолётного отряда, лётчики которого вкладывают свою душу в боевую работу и своевременно и точно доносят обо всём, что делается на фронте и в тылу у красных, чем способствуют работе наших штабов и ведут к победе.
Со своей стороны отмечаю, что 2-й отряд за истекший месяц занял первое место среди авиационных отрядов, действующих против большевиков — как по количеству разведок, так и по количеству боевых полётов, приходящихся на исправный самолёт. Выдающийся подвиг в. л. хорунжего Тарарина45, первого вошедшего в связь с восставшими казаками Верхнее-Донского округа, ещё более поднял боевую славу отряда и вызвал восхищение и соответствующую оценку со стороны высшего командования. Также считаю своим долгом отметить работу 3-го самолётного отряда, который находился в условиях менее благоприятных в смысле систем самолётов, чем 2-й отряд. Но, однако, благодаря наглядному примеру своего командира в. л. подполковника Антонова отряд дружной и равномерной работой совершил наибольшее число разведок и идёт почти ровно со вторым отрядом по количеству боевых часов на один исправный самолёт.

Приказ Донским армиям и флоту От 30 апреля 1919 года № 170
В тяжёлое время, переживаемое Доном, когда как для войск, так и для всего населения дорога каждая утешительная весть в деле борьбы с большевиками, лётчики Донской армии проявили самую интенсивную работу в своём деле. Военный лётчик подъесаул Фёдоров явился пионером, показавшим в полёте с членом Круга сотником Варламовым46, что полёт в Верхнее-Донской округ — вещь выполнимая. Воспользовавшись его почином, отважные донские лётчики, не считаясь с изношенностью аппаратов, предприняли ряд удачных полётов, давших ценные сведения.
27 апреля военный лётчик поручик Веселовский47 с наблюдателем поручиком Тихоновичем сделали полёт около 680 вёрст продолжительностью более 5 часов и, покрыв пространство до станции Нижне-Чирской, доставили интересные сведения, подтверждающие данные, что и в этом направлении в тылу красных неблагополучно. Тогда же был предпринят блестящий полёт лётчика хорунжего Тарарина с донским офицером сотником Богатырёвым48, давший возможность установить связь с Верхне-Донским округом и получить оттуда ценные сведения. Отмечая эту заслугу лихих лётчиков Донских армий, поддерживающих с ними постоянную связь живым участием в боевой и разведывательной работе, приказываю начальнику авиации представить к наградам лётчиков подъесаула Фёдорова и поручиков Веселовского и Тихоновича.
1.jpg
1.jpg (150.07 КБ) 4259 просмотров

В. С. Веселовский (слева) и В. Н. Тиханович у своего самолета «Бранденбург». Май 1919

Что касается хорунжего Тарарина и сотника Богатырёва, то о них мною делается особое представление, так как работа их на пользу родины требует особого внимания. В заключение считаю долгом благодарить стоящих во главе авиационного дела на Дону начальника авиации полковника Баранова и командира 1-го самолётного дивизиона полковника Стрельникова и командира 3-го отряда подполковника Антонова за ту энергичную и плодотворную работу, которая вложена ими в область организации воздушного дела и постоянно даёт наглядные результаты. Полковника Стрельникова и подполковника Антонова благодарю также за личный пример, выражающийся в их активной работе по воздушной разведке на фронтах нашего врага.
Подлинный подписал командующий Донскими армиями и флотом Генерального штаба генерал-майор Сидорин.

Объявляю официальное сообщение Штаба Главнокомандующего Вооружёнными силами Юга России от 7 мая 1919 года:
Большую помощь нашим частям оказали Добровольческий, Кубанский и Донской авиаотряды, под общей командой полковника Ткачёва49. Находясь почти целый день в воздухе, совершив за последние три дня, несмотря на сильный дождь и порывистый ветер, более 76-ти боевых полётов, лётчики своей неутомимой работой поддерживали связь между частями, своевременно давали самые точные сведение о группировке и силах противника и своими бесстрашными полётами неоднократно приводили в расстройство части красных, низко спускаясь над ними и забрасывая их бомбами.
Подлинный подписал генерал-квартирмейстер генерал-майор Плющик-Плющевский50.
§ 5
Военным лётчикам, возвращающимся из восставших районов В/ойска/ Д/онского/ представляться войсковому атаману во дворце в приёмные часы и дни.
Основание: Приказ Всевеликому войску Донскому от 10 мая 1919 г. за № 782.

Боевая деятельность донской авиации
/Выписки из приказов/

Приказ № 43 от 22 мая 1919 г. /Выписка из сводки наштакор 3/
Считаю своим долгом отметить доблестную работу 6-го авиационного отряда, который, несмотря на всю неблагоприятную погоду и сильный ветер, в течение последних дней производил полёты на пункты атак и производил ценные разведки, способствовавшие нашему успеху. Санигорский. Полковник Ситников51.

Из Приказа № 44 от 25 мая 1919 г.
Один миллион рублей /1.000.000./, полученный военным лётчиком подполковником Антоновым для доставления лётом восставшим казакам Верхнее-Донского округа, доставлен подполковником Антоновым на самолёте «Сопвич» командующему войсками Верхне-Донского округа в ст/аницу/ Вешенскую.
Справка: расписка командующего войсками Верхнее-Донского округа от 21-го сего мая.

Приказ № 47 начальника авиации Донских армий от 31 мая 1919 г.
Донской авиацией в продолжение апреля и мая закончена экспедиция по открытию районов восставших казаков в Верхнее-Донском округе, по поддержанию с восставшими связи и, наконец, в упорном содействии соединению войск группы Секретева52 с восставшими станицами. Кроме того, на других участках фронта успешными действиями, находившимися в соответствии с оперативными сообщениями командования, вверенные мне чины авиации оказали поддержку и содействие наступавшим войскам и тем в значительной степени способствовали развитию нашего успеха и очищению громадной территории Войска Донского от красных.
Блестящая работа донской авиации нашла себе достойную оценку в ряде приказов высшего командования Донской и Добровольческих армий. Её достаточно оценили Донской войсковой круг, и в последнее время деятельности донских лётчиков уделяет много внимания пресса.
Считаю необходимым отметить наиболее выдающиеся факты из боевой работы лётчиков: 3-го самолётного отряда военный лётчик подъесаул Фёдоров с членом В. круга совершил глубокую разведку, вылетев их Новочеркасска в район восставших казаков. Благодаря неосмотрительности восставших, поднявших стрельбу по аппарату, и причинивших ему несколько пробоин, подъесаул Фёдоров возвратился, не установив связи с восставшими. Для наливания бензина Фёдорову пришлось опускаться в тылу у красных и тем подвергать себя большой опасности. Пробыв в воздухе 7 ч. 30 м. 5-го апреля подъесаул Фёдоров вернулся в Новочеркасск.
24 апреля военный лётчик 2-го самолётного отряда хорунжий Тарарин предпринял полёт в район станицы Вешенской, где, спустившись, открыл район восставших станиц и первым вошёл с ними в связь, доставив к восставшим сотника Богатырёва. Тарарин, вследствие порчи мотора, не дотянул до своего отряда, перейдя линию красных на 300 метров.
Прикомандированный к моему Управлению пор/учик/ Веселовский и наблюдатель воен/ный/ лётчик 3-го Донского сам/олётного/ отряда подпоручик Бессонов53 довершили и упрочили дело связи с восставшими станицы. Означенными офицерами были установлены точные границы района, охваченного восстанием: они ознакомили высшее командование вооружённых сил на юге России с конструкцией армии восставших и доставили много материалов, рисующих состояние армии красных. Сведения о жестокостях красных над мирными жителями, основанные на документальных данных, заставили содрогнуться самые чёрствые сердца, а сведения оперативного характера были настолько важны, что определили собой план ближайших операций. Далее указанным рядом полётов лётчиков 2-го и 3-го отрядов связь между восставшими и наступающими нашими войсками всё закреплялась и, несмотря на исключительно неблагоприятную погоду, лётчики в самые критические моменты доставляли патроны восставшим для того, чтобы они могли отбиваться от многочисленных банд красных, усиленно по приказанию Троцкого-Бронштейна54 стремившихся смять верхне-донцов. Также целым рядом полётов была установлена ценная связь с отрядом ген/ерала/ Секретева.
Наконец 5-го мая прикомандированным к моему управлению воен/ным/ лётчиком пор/учиком/ Веселовским и наблюдателем пор/учиком/ Тихановичем после трёхчасового полёта с 4 спусками была осуществлена связь с войсками генерала Секретева в тот момент, когда восставшие Казанской станицы теряли последнюю надежду на соединение, израсходовав все патроны, отбиваясь от красных. Возвратившись от генерала Секретева к восставшим, Веселовский и Тиханович сообщили им о скором подходе войск генерала Секретева и этим вдохнули силы и надежду в изнывающих от неравного боя восставших.
Пробыв в районе восставших до прихода группы войск генерала Секретева, лётчики возвратились в Каменскую, где доложили командованию о состоявшемся соединении.
Кроме изложенных обращают на себя внимание некоторые выдающиеся события из боевой жизни донской авиации. 6-го мая прап/орщик/ Де Мор55 с штабс-кап/итаном/ Туткевичем, будучи подбиты противником на самолёте «Вуазен», спустились в расположение красных, где, приведя в негодность аппарат и скрываясь от преследования в канаве, ночью прошли большое расстояние среди врагов и, переправившись вплавь через Донец, достигли своего расположения.
Штаб группы генерала Кутепова56 телеграммой за № 1247 сообщает о выдающейся деятельности воен/ного/ лётчика штабс-кап/итана/ Снимщикова57.
Начальник штаба 3-й армии телеграммой сообщил мне об исключительной боевой деятельности 2-го самолётного отряда.
Телеграммой № 191 командующий авиагруппой полковник Ткачёв указывает на выдающуюся деятельность 4-го самолётного отряда во время операций под Великокняжеской. Штаб 3-го корпуса в оперативной сводке к 17 часам дна 16 мая поместил: «Считаю необходимым отметить доблестную работу лётчиков 6-го авиационного отряда, которые, несмотря на неблагоприятную погоду и сильный ветер, в течение последних дней произвели ценные разведки, которые способствовали нашему успеху. № 306».
Выдающаяся работа 6-го отряда ещё раз отмечена в оперативной сводке штаба 2-й армии к 24 ч. 18 мая.
Отдавая должную дань мужественно выполненному служебному долгу, осуществляемому в тяжёлых условиях гражданской войны на изношенных самолётах, принимая во внимание особую важность достигнутых результатов, выражаю от лица службы глубокую благодарность хорунжему Тарарину, первому открывшему район восставших станиц, поручику Бессонову— за ценные результаты разведки и укрепление связи с восставшими станицами, поручику Тихановичу— за осуществление связи между восставшими и группой войск ген/ерала/ Секретева в самый ответственный момент и пор/учику/ Веселовскому — за укрепление связи между восставшими и за содействие по соединению группы генерала Секретева с восставшими.
От лица службы благодарю командира 1-го дивизиона полковника Стрельникова и командира 2-го дивизиона полк/овника/ Коровникова за умелое руководство боевой работой отрядов, командиров 2, 3, 4, и 6 отрядов, всех лётчиков и наблюдателей, выполнивших боевые разведки за истекший период, и всех г.г. офицеров и казаков — за содействие правильному выполнению боевой работы.

Аватара пользователя
Гусельциков
Сообщения: 274
Зарегистрирован: 20 июн 2013, 22:02
Откуда: Запорожье. Украина
Контактная информация:

Re: генерал Баранов

Сообщение Гусельциков » 25 янв 2014, 18:54

Приказ № 48 от 5 июня 1919 г.
Двести пятьдесят тысяч рублей (250.000), полученные лётчиком 2-го самолётного отряда есаулом Соколовым для доставления восставшим казакам Верхнее-Донского округа, доставлены лётчиком командующему войсками Верхнее-Донского округа в ст/аницу/ Вешенскую.
Справка: расписка командующего войсками Верхнее-Донского округа от 18 мая 1919 г.».
Должен особенно отметить работу авиации за этот месяц, несмотря на исключительно скверные атмосферные условия. Число часов боевых полётов, приходящихся на исправный самолёт, в среднем — 21.
С искренней благодарностью обращаюсь к вам, г.г. военные лётчики и наблюдатели Донских армий. Этим месяцем работы вы покрыли себя неувядаемой славой. Не могу даже назвать отдельных работников, так как все — герои. Исключительно дурной вследствие погоды месяц, и — исключительно блестящие результаты.
Люди чести и долга, вы поняли настоятельную необходимость усиленной работы и на изношенных самолётах, не считаясь с погодой, свято выполняли свой долг, помогая другим родам оружия, а иногда даже заменяя их. Из всех блестящих результатов деятельности авиации за этот месяц особенно выдаются: спасение жителей восставших станиц и разгром кавалерии Думенко58. Лётчики не только разыскали и определили район восстания казаков, поддерживали их бодрость и веру в скорое спасение, но и приносили прямую помощь, доставляя им командный состав, врачей, патроны /62.000 патронов доставлено лётчиками/, порох, деньги, перевязочные материалы, табак и письма а также останавливали бомбами атаки большевиков.
Когда же силы восставших приходили к концу, то лётчики же, разыскав отряд генерала Секретева, поторопили его и направили удар.
Таким образом было спасено более 60.000. православных христиан от зверской расправы коммунистов. Этот факт, подобного которому ещё не было в истории, сразу ставит высоко заслуги донской авиации перед Родиной. Столь же высок подвиг лётчиков в деле с кавалерией Думенко. Лётчики вовремя заметили и выследили её и, когда 6 полков конницы Думенко перестроились, чтобы атаковать нашу кавалерию, наши лётчики совместно с добровольческими и кубанскими забросали бомбами неприятеля, чем произвели полное расстройство в рядах Думенко и вырвали возможность управления конницей, перемешав их полки в нестройную банду. Нашей кавалерии осталось только преследовать эту банду. Ещё отмечу выдающийся полёт на восстановление связи с отрядом генерала Мамонтова, блестяще выполненный после бесчисленного ряда посадок и свыше 6 часов полёта.

Приказ № 91 от 23 августа 1919 г.
Разбирая работу лётчиков 4-го и 5-го отрядов, совершённую с 20 июня по 10 августа, не могу обойти молчанием некоторые полёты, выдающиеся из ряда обычных по ответственности и мужеству, проявленному лётчиками. 31 июня под деревней Берёзово военный лётчик прап/орщик/ Баранов встретился с двумя самолётами красных, атаковал их и снижает одного из них, который круто идёт на посадку, после чего прап/орщик/ Баранов бросается на 2-й самолёт и заставляет отойти в расположение красных, не дав ему таким образом совершить разведку.
3-го августа штабс-капистан Снимщиков атаковывает в тылу красных аэростат на высоте 150 метров, снижает его, под сильным огнём противника, о котором свидетельствуют пробоины в его самолёте. Командир 5-го отряда подполковник Корицкий с капитаном Максимовым59 сбрасывают в глубоком тылу у красных литературу, проведя 2 часа 30 минут над расположением противника на самолёте, не берущим высоты и почти не пригодным для боевой работы вследствие изношенности.
1.jpg
1.jpg (140.78 КБ) 4243 просмотра

Разбитый во время аварийной посадки «Ньюпор» В. И. Стрижевского. Апрель 1919

Лётчиками 5-го отряда поручиком Ларионовым60 и сотником Рощиным с наблюдателями штабс-ротмистром Шаповаловым и прапорщиком Антоновичем, с мотористами Топорковым и Симашко, под руководством своего командира Корицкого, совершено весьма удачное бомбометание в конницу красных.
Кроме того, помощник командира дивизиона есаул Байков61 и лётчики пор/учик/ Константинов62, есаул Зверев и прап/орщик/ Грищенко63, подъесаул Жматко64 с наблюдателями подпор/учиком/ Поповым, пор/учиком/ Чупковым, кап/итаном/ Стрижаковым совершили весьма удачное бомбометание в части противника и его бронепоезда, оказывая таким образом существенную поддержку нашей пехоте.
Принимая во внимание малочисленность самолётов и большую их изношенность, должен отметить, что работа 4-го и 5-го отрядов вызывает восхищение. От лица службы благодарю подполковника Корицкого, есаула Зверева, всех лётчиков и наблюдателей за их работу. Также и молодцов-мотористов, честью и исполняющих свой долг и свято поддерживающих боеспособность самолётов, столь ныне необходимых.

Приказ № 93 от 25 августа 1919 г.
24 сего августа военными лётчиками шт.-кн. ап/итаном/ Битте65 и прап/орщиком/ Барановым на самолёте «Сопвич» произведён полёт (с одной посадкой в Митрофановке и тремя в тылу у красных) по связи с ген/ералом/ Мамонтовым. Маршрут Миллерово — Митрофановка — ж. д. будка у ст/анции/ Усмань — М. Лазовка — Воронежская — д/еревня/ Дрязги и обратно — Миллерово. Общая продолжительность полёта 8 часов.
25 августа с. г. в 16 часов возвратились из Миллерово военные лётчики шт/абс/-кап/итан/ Битте и прап/орщик/ Баранов, вылетевшие утром на север по направлению на Козлов. Несмотря на ряд неблагоприятных условий: изношенность самолётов мотора, неизвестность обстановки, а также дальность полёта (800 в.), донские лётчики совершили беспримерный подвиг доблести и храбрости, блестяще исполнив возложенную на них задачу, с тремя посадками в глубоком тылу красных. Отмечая этот исключительный по своей трудности и первостепенной важности полёт, считаю своим долгом поблагодарить от лица службы доблестных воен/ных/ лётчиков шт/абс/-кап итан/ Битте и прап/орщика/ Баранова.

Приказ № 103 от 5 сентября 1919 г.
Военного лётчика капитана Веселовского, возвратившегося по установлению связи со штабом Уральского войска, полагать на лицо и зачислить на кормовое довольствие при Управлении с 5-го сего сентября и как убывшего в командировку в г. Новочеркасск исключить с кормового довольствия при Управлении с 5-го сего сентября.
Справка: рапорт его № 181 и предписание № 082.
Приказом Уральской отдельной армии от 16 августа 1919 г. № 1908 военный лётчик капитан Веселовский награждён войсковым орденом св. архистратига Михаила. Означенную награду внести в его послужной список.
Приказом Уральской отдельной армии от 16 августа 1919 г. № 1908 § 2 старший механик подпрапорщик Богдановский66 награждён войсковой медалью св. архистратига Михаила67. Означенную награду внести в его послужной список.
Справка: рапорт № 104 и предписание № 271.
Пр. Ур. отд. арм.: 16-VIII-1919 г. № 1908.
Удостоверение
Дано сие Донской авиацией в. л. капитану Веселовскому в том, что, когда волна разбойников-коммунистов яростно хлынула на фронт восставших верхне-донцов, чтобы смести последних (бой продолжался с невероятным упорством с обеих сторон, но за неимением снарядов и патронов боевая деятельность на участке частей, ведущих бой, стала терять равновесие в лучшую сторону для противника, который наседал на станицу Вешенскую), капитан Веселовский, свято исполняя долг перед Родиной, несмотря на ураганный обстрел его противником, своевременно опустился в Вешенскую с боевыми припасами и поручениями, посланными командующим армиями, и благодаря полученным от него патронам характер боя изменился в нашу сторону и противник был разбит на голову и бежал, бросая пулемёты, винтовки и пр.
2.jpg
2.jpg (104.81 КБ) 4243 просмотра

Передача командованием ВСЮР и британской военной миссией аэропланов «Вуазен» представителям Донской авиации. Июль. 1919

Капитан Веселовский за отчаянный полёт заслуживает высших похвал, а потому от лица восставшей армии и населения приношу глубокую благодарность и верю, что Родина также не забудет его и воздаст по заслугам.
Подлинное подписал командующий войсками Верхнее-Донского округа есаул Кудинов68. 25 мая 1919 г. ст/аница/ Вешенская.
С подлинным верно: и. д. адъютанта Управления начальника авиации Донских армий наблюдатель есаул Венсович69.

Перелёты
Пополнение Донской армии самолётами и личным составом происходило также путём перелёта лётчиков, застрявших у большевиков и украинцев. Главный контингент этих лётчиков были офицеры. По мере того, как выяснялась позиция Дона, как антибольшевистского фронта, лётчики стали перелетать и одиночным порядком, и целыми отрядами, несмотря на то, что у большевиков были выработаны драконовские меры для предупреждения подобных инцидентов. Для этого большевики составляли подробные списки членов семьи, родственников и друзей лётчиков, и в случае перелёта к «белым» зарегистрированные близкие попадали в тюрьмы и застенки чека. Это обстоятельство тормозило перелёты, т. к. лётчикам, задумавшим лететь на юг, приходилось так или иначе сначала обезопасить близких, переправить их за границу и т. д. Тем не менее на юг России перелетело свыше 40 лётчиков — все на лучших и новейших аппаратах. Первым перелетел из района Саратова на «Вуазене» поручик Александрович, один из тех, с кем полковник Баранов вёл переговоры в бытность свою в Киеве. По прилёте на Дон поручик Александрович был арестован и освобождён только по прибытии на Дон полковника Баранова, который удостоверил его личность и подтвердил его показания. Из отрядов первым в полном составе перелетел 9-й армейский отряд, входивший в последние месяцы Великой Войны в состав авиационного дивизиона, которым командовал полковник Баранов. Командиром отряда состоял выдающийся лётчик поручик Снимщиков. 9-й армейский отряд долго готовился к задуманному перелёту. Семьи были устроены вне досягаемости для мести большевиков. Незадолго до перелёта были получены новые аппараты. В день отлёта лётчики надели по несколько пар платья, причём не были забыты даже блестящие погоны самого контрреволюционного образца, скрытые под кожаной одеждой лётчиков. В аппараты были погружены все вещи, отрезы материи, бельё, сапоги. Запаслись изысканной провизией, которую имели в качестве избранного у большевиков рода оружия. Специалистов лётчиков у них было мало, и ими дорожили. Но… как волка ни корми, он всё в лес смотрит. Так и 9-й армейский отряд предпочёл жить и работать в родном по духу стане «белых». Ожидали только случая, когда получат приказание перелететь куда-либо целым отрядом. Наконец, получили приказ перелететь в Борисоглебск, куда большевики стягивали крупные силы. Желанный, мучительно жданный день наступил…
«Сам» Троцкий присутствовал на аэродроме и рассматривал по карте маршрут перелёта. Один за другим, плавно описывая круги, над аэродромом поднялись лётчики. Шумят моторы, гремит оркестр. Троцкий со свитою наблюдает эту картину. На большой высоте отряд строится в боевом порядке— недосягаемый, счастливый, — берёт направление, которое не оставляет сомнений в действительности их намерений.
«Представляя себе их рожи, там, внизу, в этот момент, их бессильное бешенство, мы чувствовали себя отмщёнными за всё, что терпели до поры до времени в их красном аду, — рассказывают потом лётчики этого отряда. — Жаль только, что невозможно было набросать им бомб и полить из пулемётов. Перелетали мы невооружёнными. Было запрещено брать бомбы и пулемёты с собой…».
Сохранился ряд телеграмм, относившихся к прилёту на Дон 9-го армейского отряда.
3.jpg
3.jpg (121.48 КБ) 4243 просмотра

Полковник В. Г. Баранов (в центре) с английскими офицерами. Май. 1919

«Новочеркасский генкварм I из Вешенской 13.20. 9.10. Сообщаю, что на территорию Хопёрского округа прилетели летательные аппараты числом 6 следующих систем /двоеточие/ два аппарата системы Сопвич двухместные 120 сил исправные /точка/ 3 Ньюпора Нр. 23 В. 120 сил /запятая/ один из них исправный /запятая/ другой будет исправен через два дня /запятая/ третий годен лишь для запасных частей /запятая/ исправить его нельзя /точка/ 44 К — ген.-майор Замбржицкий».
Из Вешенской командиру самолётного дивизиона подполковнику Баранову:
«Изштавойск Хоп 805 I ВС 20, 45
Благополучно совершив долгожданный перелёт, шлём вам горячий привет Нр. 11 9 армавиотряд».
«Штавойск Хопёрск 567/521 ВС 1810 1050
Перелетел 9-й арм. отряд /точка/ командир поручик Снимщиков /точка/ Лётчики /две точки/ ротмистр Хомич70, прапорщики Баранов, Макаренко71, Осташевский72, Добровольский73 /точка/ Наблюдатели штабс-ротмистр Аладьин74, чиновник Хашковский75 /точка/ Нр. 52 штакор Минченков76».

Аватара пользователя
Гусельциков
Сообщения: 274
Зарегистрирован: 20 июн 2013, 22:02
Откуда: Запорожье. Украина
Контактная информация:

Re: генерал Баранов

Сообщение Гусельциков » 26 янв 2014, 14:13

(продолжение)
Но далеко не всегда судьба благоприятствовала отдельным лётчикам, стремившимся на Дон. Трагическими фактами ознаменовался перелёт 36-го авиационного отряда, вырвавшегося из Астрахани. Один из аппаратов при взлёте на аэродроме разбился в щепы, и лётчик был убит на месте, а доблестный командир отряда капитан Тарасов77, не имея исправного самолёта, прорвавшись на донскую территорию на великолепном, сильном автомобиле, везя с собою ценные документы и 300.000 казённых денег, был захвачен уже на донской земле солдатами калмыками, ограблен и расстрелян в кустах в овраге, несмотря на просьбы и требования, чтобы его отвели в штаб; трудно представить себе гибель более трагическую и бессмысленную, гибель от руки злодеев у самых ворот той земли обетованной, куда он стремился всеми силами души.
Не менее ужасна судьба и 2-х других отважных лётчиков, летевших из Украины, из Харькова штабс-капитана Воронцова78 и поручика Деши, погибших у самой цели. Вылетев из Харькова в ясную погоду по маршруту: Харьков — Изюм — Нырково — Радаково — Луганск /посадка/, около Нырково они попали в снежную тучу и вынуждены были снизиться до 20 метров. Гайдамаки открыли по ним стрельбу и ранили поручика Дешу в руку. Невзирая на просьбы поручика Деши, настаивавшего на спуске, чтобы перевязать руку, штабс-капитан Воронцов продолжал полёт и только ввиду настойчивости поручика спустился в 3—5 верстах от станции Нырково, у железнодорожной будки. Им удалось уговорить находившуюся вблизи женщину, вручив ей 500 рублей, поджечь аппарат, когда они отойдут подальше. Через 15 минут подъехали гайдамаки и принудили женщину указать, куда ушли лётчики. Штабс-капитан Воронцов и поручик Деша были найдены, арестованы, посажены в одну из комнат при станции Нырково и после полевого суда — расстреляны. Трупы убитых лежали 6 дней неубранными. У штабс-капитана Воронцова собаки отъели голову. Аппарат и вещи лётчиков были доставлены в исправности на станцию Харьков. Сведения эти получены от моториста Харьковского авиадивизиона Додонова, который сидел под арестом вместе с этими офицерами. «От сопровождавшего вещи украинского офицера, — добавляет военный лётчик капитан Калантаев, со слов которого точно записан этот рассказ, — я получил подтверждение слов моториста Додонова». По просьбе родных лётчиков, узнавших о постигшей их беде, комендант пограничной станции Радаково сделал на станцию Нырково запрос (лента телефонограммы, записано дословно). Привожу содержание разговора, ярко характеризующего лиц, именовавших себя самостийными украинцами, чтобы показать, как трудно было перелетать с Украины.
Комендант станции Радаково вызвал станцию Нырково, где находился штаб Петлюры.
1.jpg
1.jpg (110.52 КБ) 4225 просмотров

Подпоручик донской авиации П. И. Бессонов. Май 1919

Разговор о судьбе штабс-капитана Воронцова и поручика Деша коменданта
станции Радаково со станцией Нырково
Радаково: — Сообщите о судьбе лётчиков штабс-капитана Воронцова и поручика Деши, а так же о судьбе аппарата.
Нырково: — А кто это спрашивает?
Радаково: — Я комендант станции Радаково.
Нырково: — Я доложу военным властям. /После паузы — другой голос./ Я комиссар приводу літунів, помиж нашими війсковіми табурами не может бути балачок и білше ничего.
Радаково: — Скажите, пожалуйста, просят семьи лётчиков.
Нырково: — Нам воны не нужны.
Радаково: — Так вы не скажете? Нет? Спрашивают родители лётчиков.
Нырково: — А чого воны забрались туда?
Радаково: — Они спрашивают из Луганска.
Нырково: — Писля узнаете, воны находятся під арестом.
Радаково: — А где находятся аппараты?
Нырково: — Не ваше діло.
Радаково: — А где находятся лётчики под арестом?
Нырково: — В штабе Духонина.
Передала телефонистка Соловей, принял подъесаул Донского казачьего полка Ушаков.

В числе перелетевших на Дон лётчиков только однажды встретился неблагожелательный элемент. В начале июня 1919 г.79 в Новочеркасске над аэродромом стал кружиться на большой высоте чужой аппарат. Полагали сначала, что это прилетёл на разведку большевистский аппарат, но аппарат стал снижаться и благополучно спустился на аэродром, куда успели к тому времени прибыть полковники Баранов и Усов. Из аппарата вышло двое людей. Один оказался лично известным полковнику Усову полковником Фёдоровым80, который в германскую войну служил под начальством полковника Усова. Он отрекомендовал своего спутника князем Кочубеем81, прибавив, что князь был поневоле комиссаром города Тамбова, откуда они и прилетели. Денег они привезли с собой всего 2000 из 5000 казённых, захваченных ими для перелёта. Пролетели 800 километров, покрыв их без остановки. Часть денег израсходовали, а 2 с лишним тысячи сдают в казну. Вещей они не прихватили никаких, за исключением хорошего кожаного чемоданчика. Благодаря тому, что полковник Усов, знавший полковника Фёдорова, засвидетельствовал его личность, а этот последний ручался за Кочубея, они были освобождены от всяких формальностей. В советских газетах вскоре появились заметки об улетевших к белым Фёдорове и тамбовском комиссаре Кочубее, причём за их головы обещалась награда в 100.000 рублей. Это всё подтверждало истину их рассказов, и о них забыли. Вскоре, однако, пошли разговоры, что Фёдоров и Кочубей ведут в Ростове крупную продажу бриллиантов. На эти слухи было обращено как-то мало внимания. Кочубей уехал в Крым и там стал в крупном масштабе бросать деньги, кутить и играть в карты. Проиграв однажды миллион, не обинуясь уплатить его, и продолжал всё также жить, играть и бросать деньги. Этот вызвало подозрения. Он был арестован, препровождён в Ростов и судим. Выяснилось, что он с Фёдоровым перелетел, украв крупные ценности для личных целей, и что Кочубей — настоящий большевик, игравший крупную роль на Кубани в борьбе с белыми. Его повесили, а Федорову удалось скрыться.
Всего на территории юга России с 1918—1919 годов перелетело 40 аппаратов и много лётчиков пробралось всякими путями. В Донскую армию перелетело 20 следующих лётчиков:
1. Поручик Битте — из Совдепии на «Сопвиче», аппарат цел.
2. Штабс-капитан Багровников82 — из Украины на «Сопвиче». Аппарат сожжён лётчиками при вынужденной посадке на территории Украины.
3. Прапорщик Баранов — из Совдепии, в составе 9-го армейского отряда на «Ньюпоре».
4. Прапорщик Добровольский — из Совдепии, в составе 9-го армейского отряда на «Ньюпоре», аппарат цел.
5. Прапорщик Макаренко — из Совдепии, в состава 9-го армейского отряда на «Ньюпоре», аппарат цел.
2.jpg
2.jpg (163.74 КБ) 4225 просмотров

Похороны военного летчика П. И. Бессонова. Новочеркасск. 27 июля 1919

6. Прапорщик Осташевский — из Совдепии, в состава 9-го армейского отряда на «Сопвиче», аппарат цел.
7. Штабс-ротмистр Хомич — из Совдепии, в состава 9-го армейского отряда с наблюдателем.
8. Штабс-ротмистр Аладьин, аппарат цел.
9. Поручик Снимщиков — из Совдепии, командир 9-го армейского отряда на «Ньюпоре», аппарат цел.
10. Поручик Веселовский — из Украины на «Бранденбурге», аппарат цел.
11. Прапорщик Дуботолков83 — из Совдепии на «Сопвиче», аппарат цел.
12. Прапорщик Казаков 84 — из Совдепии на «Фармане—30», аппарат цел.
13. Прапорщик Сацевич85 — из Совдепии на «Сопвиче» Астраханского отряда, аппарат цел.
14. Поручик Стрижевский86 — из Совдепии на «Спаде», аппарат цел.
15. Хорунжий Тарарин — из Совдепии на «Вуазене», аппарат цел.
16. Поручик Александрович — из Совдепии на «Вуазене», аппарат цел.
17. Прапорщик Тау87 — из Совдепии на «Спаде», аппарат цел.
18. Подполковник Фёдоров — с Кочубеем из Совдепии на «Сопвиче», аппарат цел.
19. Штабс-капитан Воронцов и поручик Деша — погибли.
20. Капитан Тарасов — погиб.
21. Прапорщик Янченко — из Украины на «Ньюпоре», аппарат цел.
Таково количество аппаратов, приведённых на Дон. С Дона же к большевикам улетело только 2 — из Таганрога. На этих аппаратах улетели два моториста, их собиравшие. Эти мотористы перешли на Дон из Южной армии, и никто не предполагал, что это лётчики. Одному из них удалось улететь на собранном им аппарате, другой спустился случайно на донской территории, был пойман и расстрелян.

Полёт к генералу Мамонтову
Вот уже седьмой день, как генерал Мамонтов со своим конным корпусом работает в тылу у большевиков. В штабе Донской армии напряжённое ожидание и приподнятое настроение: «Где Мамонтов? Всё ли благополучно? Куда он движется, что сделал?» Разведка и контрразведка работают усиленно. Получаются сведения, не совсем проверенные, иногда даже противоположные о работе конницы генерала Мамонтова: генерал мамонтов взял Тамбов, Козлов… Генерал Мамонтов идёт на Москву… У генерала Мамонтова идут крупные бои с конницей противника…
От штаба главнокомандующего В. С. Ю. Р. получено приказание: «вернуть корпус генерала Мамонтова от дальнейшего следования в глубь страны», и даются новые директивы.
Начальнику авиации Донской армии даётся категорическое боевое приказание, не останавливаясь ни перед какими трудностями, вплоть до потери лётчиков и самолётов, связаться с генералом Мамонтовым и передать полученные приказания. Крайне примерно и приблизительно указывается возможное нахождение конницы генерала Мамонтова.
Приказание отдано…
На столь трудную назначены два доблестнейших лётчика донской авиации подпоручик Баранов и поручик Битте, два лётчика с весельем смотрящие в глаза смерти, не задумывающиеся ни перед какими трудностями и невозможностями…
А задумываться было над чем:
По техническим условиям полёт мог быть совершён только в одну сторону: на обратный путь не хватило бы бензину, если бы даже с аппарата снять пулемёт и приборы и взамен веса взять добавочный бензин. Местонахождение генерала Мамонтова неизвестно, надо спускаться много раз в тылу противника и расспрашивать об этом местных жителей. А безоружным встретить советский аэроплан, вооружённый пулемётом… И наконец, если при спуске их захватят, то их ждёт только виселица. Ведь оба — и поручик Битте, и подпоручик Баранов — перелетели от красных на совершенно новых самолётах. Если попасться в руки красных — их участь предрешена.
3.jpg
3.jpg (164.07 КБ) 4225 просмотров

Похороны военного летчика Г. М. Каменева. Новочеркасск

Задуматься было над чем… Да у поручика Баранова была в Новочеркасске невеста, и в скором времени должна была быть свадьба…
Но подпоручик Баранов и поручик Битте ответили: «есть» и 19 августа начали приготовлять аппараты к полёту. По телеграмме штаба 21 августа вылетели и прилетели в Миллерово-Калединск. 23 августа получили приказание от штаба лететь на связь с генералом Мамонтовым.
Дальнейшее пишу со слов участника полёта подпоручика Баранова:
«23 августа вечером получили от штаба Донской армии приказание лететь, причём все приказания, которые надо было передать генералу Мамонтову, были нам вручены наизусть. Пакетов не давалось. 24-го августа в 3 часа утра вылетели в Митрофановку на передовую авиационную базу, где пополнили баки бензином и взяли запас бензина 3 пуда и масла 1,5 пуда в бидонах. Пулемёт сняли для облегчения аппарата. Вылетели со станции Митрофановка в 13 часов 24 августа по направлению на Воронеж. Настроение вначале было преотвратительное, летели на север, ветер был встречный и сильно замедлял движение «Сопвича». Военный лётчик поручик Битте сидел позади в качестве наблюдателя. Пролетев Воронеж, решили спуститься в первый раз для расспросов. Верстах в 20 восточнее Воронежа заметили ровное поле, две едущие повозки и двух человек, работающих в поле. Стали осторожно спускаться, смотря по сторонам: нет ли каких пеших или конных групп. Спустились благополучно. Поручик Битте побежал к крестьянам расспрашивать о генерале Мамонтове и его коннице. Крестьяне встретили поручика Битте безразлично, сказали: «Не знаем, кругом везде красные». До этого спуска летели 2 часа 45 минут. Сели в аппарат, завели мотор и полетели дальше на север, на Грязи. Второй спуск решили сделать где-нибудь близ железной дороги, так как у крестьян не добьёшься толку. Недалеко от станции Грязи спустились у железнодорожной будки. Вызвали сторожа и стали его расспрашивать. Сторож сказал, что генерал Мамонтов где-то около Липецка, что на Грязи прошёл красный бронепоезд и что в Грязях ждут прихода генерала Мамонтова.
Сели снова в аппарат и полетели. Настроение стало приподнятое: генерал Мамонтов был где-то уже недалеко, во всяком случае, в этом районе. Теперь началась самая ответственная часть задачи: найти конницу и не спутать её с красными войсками. Кончался бензин, надо было снова садиться. Спустились в поле, налили бензин и масло, полчаса просидели и пошли вдвоём спрашивать крестьян. Крестьяне сказали, что Мамонтов находится в Липецке. Это подтверждение ещё больше приподняло наше настроение: близки к цели. Подходя к аппарату, услышали вдали глухую ружейную перестрелку. Слава Богу, значит, Мамонтов где-то близко.
Снова сели в аппарат и полетели. Пролетев 15 минут, в селе Дрязги заметили обоз и кавалерию на окраине, подумали, что это Мамонтов. Решили снижаться, спустились до 10 метров, стали рассматривать, есть ли погоны. Нам стали махать, бросать в воздух фуражки. Сели, но из аппарата не вышли, мотор работал на малом газе. Подскакал разъезд казаков. Мы крикнули: «Кто?» — «Мамонтов». Выключили мотор, и вышли из аппарата. Встретили нас очень хорошо, целовали, жали руки. Спрашивали, как долетели. «По высшему», — отвечал всё время поручик Битте. Я сказал Битте: «Подожди, когда вернёмся, тогда будет по высшему». Корпусный интендант достал сейчас же несколько бутылок шампанского, и мы выпили. Битте тут же встретил знакомую сестру милосердия по Ельцу и ухаживал уже. Адъютант штаба корпуса достал автомобиль, и мы поехали к генералу Мамонтову в соседнюю деревню. Нас сильно поразило, что по всей дороге была разбросана масса трупов красных — никто их не убирал.
Приехали в деревню, нам сказали, что штаб корпуса перешёл в деревню Телемой. Повернули обратно в деревню Телемой, нашли штаб корпуса. Нас сейчас же окружили офицеры, и повели к генералу Мамонтову. Генерал Мамонтов был страшно обрадован, нас посадили — было всего три стула — сидели мы и генерал Мамонтов, офицеры стояли. Покормили яйцами, помидорами, хлебом, огурцами, чаем с сахаром. Мы рассказали точно и подробно о положении на фронтах и передали словесное приказание вернуться на юг и ослабить фронт в районе Лиски, Валуйки, Острогожска и идти по тылам на восток к Балашову, рвать связь с фронтом красных. После доклада генерал Мамонтов рассказал о некоторых эпизодах своего похода, об отношении населения, о присоединявшихся добровольцах. «Здесь война кончена, — несколько раз повторял генерал Мамонтов, — почему отстаёт фронт?» Рассказывал про одного комиссара. «Ты кто такой?» — «Представитель советской власти». — «А… Бей», — и сам ударил нагайкой. — «Я — убеждённый коммунист». — «А, убеждённый коммунист. Казаки, бей его». Тогда комиссар завопил, что он заблуждался. Генерал Мамонтов приказал его повесить за ноги. Минут 20 висел, потом повесили за голову. Рассказывал, что чуть не поймали Троцкого: захватили в Козлове собаку Троцкого, а Троцкий и начальник советской авиации Акашев88 успели удрать за 2 часа до прихода казаков из Козлова. В Козлове захватили 2 аэроплана и сожгли их.
1.jpg
1.jpg (150.05 КБ) 4225 просмотров

Самолет «Моран», на котором разбился летчик Г. М. Каменев. 2 мая 1919

Около 12 часов ночи поехали обратно: генерал Мамонтов сказал, что завтра в 11 часов будет у аппарата. Возвращались на автомобиле, по всей дороге чернели неубранные трупы красноармейцев. Приехав от генерала Мамонтова, пошли по приглашению начальника дивизии к нему на чай. Начальник дивизии много рассказывал интересных эпизодов. С обозом генерала Мамонтова ходит масса крестьян, интеллигентов, офицеров с семьями, которые боятся расправы красных. Ведут целые гурты скоты, имеются броневики. Составилась целая пехотная дивизия исключительно из добровольцев. Есть 2 бронепоезда: «Казак непобедим» и «Богаевский», много автомобилей, легковых и грузовых.
Ночевали мы у заведующего авточастью, и заведующий авточастью долго был убеждён, что мы шпионы, красные лётчики.
На другой день в 11 часов утра пошли в штаб корпуса в деревню Дрязги, куда только что переехал штаб, за получением бумаг. Получив бумаги, отправились к самолёту. Чистого бензина не оказалось. Сделали смесь из бензина с керосином и налили в баки. Около 12 часов на аэродром пришёл Мамонтов со штабом. Офицеры держали самолёт за крылья, когда запустили мотор. Когда улетали, генерал Мамонтов и офицеры стали во фронт и отдали честь. Сделав круг над корпусом генерала Мамонтова, взяли направление на юг. Дул попутный, благоприятный ветер. Через 3 часа 40 минут прилетели в Миллерово. Все бумаги и документы лично передали в штаб. Генералу Кельческому89 генерал Мамонтов передал 2 бутылки рому и 1 бутылку коньяку. В штабе обо всём подробно расспрашивали, очень благодарили за блестяще выполненную задачу. На другой день отправились лётом в Новочеркасск и над Новочеркасском разбрасывали летучки, отпечатанные в штабе, о рейде генерала Мамонтова.

Аватара пользователя
Гусельциков
Сообщения: 274
Зарегистрирован: 20 июн 2013, 22:02
Откуда: Запорожье. Украина
Контактная информация:

Re: генерал Баранов

Сообщение Гусельциков » 27 янв 2014, 20:03

Полёты к верхне-донцам
В марте 1919 года пронёсся смутный слух о восстании против советской власти казаков Верхнее-Донского округа, перешедших раньше на сторону большевиков. Появились в Новочеркасске и перебежчики оттуда, подтверждавшие факт восстания. Но верить всецело отдельным лицам в наше трудное время, время небывалых измен и предательства, — было трудно и рискованно. К тому же пробравшиеся из Верхнее-Донского округа затрачивали много времени на то, чтобы пробраться окольными путями до Новочеркасска, а силы красных, охватывавшие мёртвой петлёй Верхнее-Донской округ, были настолько велики, что можно было опасаться, как бы восстание, если оно было в действительности, не было бы ликвидировано раньше, нежели беженцы оттуда достигли Новочеркасска. Факт восстания сам по себе имел огромное значение. Он открывал возможность таких перспектив (в случае, если бы нашим частям удалось пробраться к верхнее-донцам и соединиться с ними в общей борьбе против красных), что в главном штабе зародилась мысль проверить этот слух и, если можно, связаться с восставшими при помощи авиации.
Несмотря на страшный риск и трудность задачи, несмотря на то, что со стороны некоторых лиц начались горячие возражения против технической достижимости цели, начальник авиации Донских армий счёл, со своей точки зрения, задачу всё-таки выполнимой. 3-й Донской самолётный отряд, закончивший к тому времени формирование в Новочеркасске, не колеблясь, весь, вызвался лететь во главе со своим командиром полковником Антоновым.
1.jpg
1.jpg (76.33 КБ) 4208 просмотров

Военный летчик 4-го Донского самолетного отряда прапорщик Ф. М. Баранов. 1919

Первым полетел в станицу Вешинскую поручик Фёдоров с членом войскового круга Варламовым. Надо сказать, что помимо риска попасть в руки красных в случае, если бы восстания не оказалось или оно было бы подавлено к моменту прибытия лётчиков, — была ещё та опасность, что полёт этот по расстоянию считался невозможным для аппаратов, имеющихся у нас типов. Лететь надо было более 300 вёрст и лишь при особенно благоприятных условиях можно было надеяться долететь, не застряв при вынужденной посадке у красных. Поручику Фёдорову не повезло. В момент его посадки близ станции Вешенской выскочил вооружённый конный отряд и помчался к нему. За дальностью расстояния форму всадников нельзя было определить, и поручику Фёдорову пришлось поспешно сняться и улететь обратно, чтобы не рисковать ни аппаратом — ценной добычей для красных, — ни жизнью своего наблюдателя и своей. Строгая ограниченность запасов бензина не позволила ему продолжать разведку, и он должен был вернуться обратно ни с чем.
Вторым — на этот раз первым счастливым выполнителем рискованной задачи — был хорунжий Тарарин с наблюдателем сотником Богатырёвым. Вылетели они с твёрдой решимостью сесть и выяснить положение, во что бы то ни стало, хотя бы им грозила смерть. Вылетели со станции Зверево в станицу Вешенскую и опустились в 2 верстах от неё, близ хутора Бокова, где был дом сотника Богатырёва. Недалеко ходил табун лошадей и несколько мальчиков-пастухов. Подозвали одного из них, но ничего не добились. Поймали другого, постарше, и от него узнали, что хутор Боков был в руках казаков, а другой, противоположный, занимали красные. В это время показались вооружённые всадники, быстро скакавшие по направлению к аппарату. Кто это — было неизвестно… Момент был мучительно страшный. Ещё минута… и они были готовы покончить с собой, если бы это оказались красные. Но, ещё не доскакав до лётчиков, один из казаков, присмотревшись к сотнику Богатырёву, вдруг крикнул: «Да никак это — Богатырёв?». «Я самый, Богатырёв я, Богатырёв я», — радостно ответил сотник Богатырёв.
После этого наступил момент такого облегчения, такой обоюдной радости и со стороны лётчиков, и со стороны казаков, что не пережившему невозможно представить себе. Казаки забеспокоились, принялись уводить аппарат к себе, к хутору Бокову, так как каждую минуту можно было ожидать нападения красных. Восторг хуторян, их слёзы, мольбы о помощи, жалобы и вопли отчаяния при рассказах о бесчинствах и преследованиях красных — были неописуемы.
На другой день хорунжий Тарарин вылетел обратно, оставив сотника Богатырёва и взяв с собой казака-радиотелеграфиста и благополучно достигнув станции Зверево, а оттуда переправившись в Новочеркасск, официально подтвердил факт восстания верхне-донцов.
Таким образом, была выполнена важнейшая и труднейшая задача разведки и связи. Но под наплывом впечатлений и переживаний, торопясь донести о результатах полёта штабу, хорунжий Тарарин не успел собрать многих необходимых сведений, крайне интересовавших штаб. Поэтому потребовался новый полёт к восставшим, причём лётчику и наблюдателю были даны важные руководящие указания по вопросам, которые надлежало выяснить. На это раз вылетели поручик Веселовский и подпоручик Бессонов. Они повезли с собой 500.000 рублей денег, пуд табаку, несколько пудов перевязочного материала, газеты, воззвания, прокламации и массу писем.
Оттого, что привезённые хорунжим Тарариным известия подтверждали факт восстания, рискованность этого нового полёта нисколько не уменьшилась. Положение восставших было таково, что каждый день можно было ожидать перемены обстановки и лётчикам грозила всё та же страшная возможность попасть в руки красных. Вылетели, долетели благополучно и опустились в 2-х верстах от станицы Вешенской у хутора Пегуревки. К ним подошли женщины, и от них лётчики узнали, что восстание ещё не подавлено. Немедленно подвезли аппарат к хутору и, поставив охрану, верхом поскакали в станицу Вешенскую, куда уже дали знать с хутора по телефону, что прилетели «кадеты».
2.jpg
2.jpg (81.07 КБ) 4208 просмотров

Штаб-капитан военный летчик Э. М. Битте. 1919 г.

Встреча, оказанная нашим лётчикам, невыразима никакими словами. Пасхальный перезвон колоколов, толпы обезумевших от радости людей, цветы, дождь цветов… Рыдания не только женщин, но и мужчин свидетельствовали о том, что пережили восставшие во время владычества советской власти.
Нет возможности описать в коротких словах ни того энтузиазма населения Вешенской станицы, который довелось видеть нашим лётчикам во время своего пребывания среди восставших, ни рассказов кошмарных ужасов, потрясших их до глубины души. Почти безоружные, отчаявшиеся получить помощь извне, на всех фронтах теснимые готовыми ежеминутно раздавить их красными полчищами врагов, — казаки воспрянули теперь духом. Со слезами умиления приняли привезённые лётчиками патроны, медикаменты, табак… Привезённые лётчиками письма в ярких выражениях говорят о благодарности и подъёме духа восставших после посещения их лётчиками.
«Свой полёт в станицу Вешенскую я не могу причислить к разряду полётов хорунжего Тарарина, поручика Веселовского и подпоручика Бессонова, есаула Соколова и др., т. е. к полётам важного назначения и в обстановке исключительной трудности во всех отношениях, но всё же впечатление у меня настолько высоко и редкостно, что считаю своим долгом поделиться им», — пишет в своих заметках военный лётчик капитан Иванов90. И опять описания восторженных встреч в хуторах и станицах, которые посетил лётчик, опять цветы, слёзы, полубезумные взрывы счастья, граничащие с экстазом.
Поистине, неоценима польза, принесённая общему делу борьбы с большевиками нашими лётчиками, явившими высокий пример героической преданности долгу и идее служения Родине.

Светлой памяти погибших в донской авиации
С момента возникновения донской авиации доблесть, долг и смерть неизменно сопутствовали отважным лётчикам. И самый фундамент её, краеугольный камень — был заложен на крови и костях мученически погибшего во время экспедиции, предпринятой за аппаратами на авиационный завод Лебедева в Таганроге в 1917 году, доблестного лётчика сотника Шумкова. Есть народное поверье на Руси, что то здание будет крепко и долго стоять, которое построилось «на крови». Не потому ли так ярко, так пышно цвела работа героев воздуха в Донской армии в тяжёлые дни гражданской войны… И слава, и смерть, скосившая так много жизней доблестных лётчиков донской авиации, сопутствовали на каждом шагу во время их славной и мужественной работы во имя освобождения Родины. Много погибло их и во время работы, и от тифа, безжалостно уносившего драгоценные жизни, и от рук убийц из-за угла, и от рук красных палачей. Редели ряды, но не гасла вера в святость дела, которому служили, не умирала вера в Светлое Воскресение Отчизны.
Первой жертвою работы в воздухе пал донской казак военный лётчик Виталий Эрастович Попов. Посвящённую его памяти статью приводим целиком. И всё то доброе, что сказано о нём, можно одинаково сказать и обо всех других безвременно угасших работниках из лиц донской авиации. Какая бы смерть ни унесла их, до последнего сознательного момента своего они верою и правдою служили по мере сил великому и святому делу спасения Родины. Да будет пухом земля им и да сохранятся в памяти донцов их чистые имена. Вот список погибших:
1. Сотник Шумков — расстрелян большевиками во время экспедиции за аппаратами в Таганроге в декабре 1917 г. Военный лётчик.
2. Есаул Попов В. Э. — смертельно ранен осколками шрапнели во время воздушной разведки на аппарате «Вуазен» 7-го сентября 1918 г. Военный лётчик.
3. Поручик Каменев91 Гр. Петр. — разбился насмерть в Новочеркасске при испытании самолёта «Морон-Монокок» 2-го марта 1919 г. Военный лётчик.
4. Поручик Деша — при перелёте с Украины на Дон был ранен и захвачен украинцами в плен, расстрелян. Лётчик-наблюдатель.
5. Поручик Воронцов — при перелёте из Украины на Дон с поручиком Дешой схвачен украинцами и расстрелян.
6. Поручик Осташевский — разбился насмерть на английском аппарате «Арриейт» 19 июля 1919 г. Военный лётчик.
3.jpg
3.jpg (170.16 КБ) 4208 просмотров

«Ньюпор» Донской авиации на аэродроме. Февраль — март 1919

7. Моторист Мацык — погиб вместе с поручиком Осташевским на Екатеринодарском аэродроме.
8. Прапорщик Бобров92 — разбился насмерть на английском аппарате «Арриейт» близ станции Тингута 13 августа 1919 г. Военный лётчик.
9. Ротмистр Хомич — разбился насмерть на английском самолёте «Сопвич», близ станции Митрофановка, сгорел, 30 августа 1919 г. Военный лётчик.
10. Ротмистр Аладьин — погиб вместе с ротмистром Хомичем, сгорел. Лётчик-наблюдатель.
11. Подпоручик Ларионов — упал на «Вуазене» близ хутора Козловского и сгорел 10 сентября 1919 г. Военный лётчик.
12. Подпоручик Липявкин93 — погиб, сгорел с подпоручиком Ларионовым.
13. Подпоручик Масловский94 — разбился насмерть на английском аппарате «Арриейт» близ Мариуполя 10 ноября 1919 г. Военный лётчик.
14. Подпоручик Грищенко — разбился насмерть на английском самолёте «Арриейт» 15 декабря 1919 г. Военный лётчик.
15. Поручик Жметко — разбился насмерть близ станции Митрофановка на английском самолёте «Кеммель» 14 августа 1919 г. Военный лётчик.
16. Прапорщик Де-Мор — разбился насмерть на самолёте «Фарман—30» 18 июня 1919 г. Военный лётчик.
4.jpg
4.jpg (168.14 КБ) 4208 просмотров

Машины 6-ого самолетного отряда Донской авиации под Харьковом. 1919

17). Моторист Карасёв — погиб с прапорщиком Де-Мором.
18. Мичман Левицкий — убит выстрелом из винтовки в канцелярии Донского авиационного парка мастеровым парка /убийца скрылся/ в декабре 1919 г. Военный лётчик.
19. Поручик Прихненко — убит на станции Усть-Лаба солдатом парка. Убийца скрылся. Погиб в декабре 1919 г.
20. Командир 1-го Донского самолётного отряда войсковой старшина Качаловский Константин Николаевич — застрелен при эвакуации Крыма взбунтовавшимися солдатами парка в Симферополе95. Военный лётчик.
21. Командир 2-го Донского самолётного отряда подполковник Лавров — расстрелян, будучи в тифу, большевиками в Симферополе. Военный лётчик.
22. Поручик Константинов — разбился и сгорел на смерть на английском самолёте «Арриейт» в Симферополе в августе 1920 г. Военный лётчик.
23. Командир 4-го Донского самолётного отряда капитан Киселевич — застрелился в тифу, крикнув: «Живым большевикам не дамся».
24. Поручик Милошевский — убит военным лётчиком Рашид-беком Ахриевым в Феодосии в 1920 г. Лётчик-наблюдатель.
25. Подпоручик Бугреев — убит взбунтовавшимися солдатами парка в Симферополе в 1920 г. Военный лётчик.
543
26. Штабс-капитан Колчин96 — умер от тифа в июне 1919 г.
27. Штабс-капитан Каховский — умер от тифа в станице Каменской 30 июня 1919 г. Лётчик-наблюдатель.
28. Штабс-капитан Бессонов Пётр Иванович — умер от тифа в Новочеркасске 2 июля 1919 г. Лётчик-наблюдатель97.
29. Прапорщик Антипович98 — умер от тифа в ноябре 1919 г. в Ростове. Лётчик-наблюдатель.
30. Капитан Крейтан — умер от тифа в ноябре 1919 г. Военный воздухоплаватель.
31. Надворный советник Николаев, делопроизводитель 3-го Донского самолётного отряда — умер от тифа 9 декабря 1919 г.
32. Делопроизводитель 6-го Донского самолётного отряда Трифонов — умер от тифа в сентябре 1919 г.
33. Полковник Епифанович, казначей Управления начальника авиации Донских армий — умер от тифа в октябре 1919 г. в Новочеркасске.
34. Подпоручик Дуботолков — умер от тифа 5 января 1920 г. Военный лётчик.
35. Поручик Снимщиков — погиб у большевиков при поисках генерала Мамонтова в сентябре 1919 г.
36. Поручик Штюрмер99 — застрелился в Новом Саду /в Сербии/ в апреле 1923 г. Лётчик-наблюдатель.
В своём безумном беге История не все имена успеет начертать на своих холодных скрижалях. Не все имена сохранит и человеческая память… Но для сокровищницы Русского Духа все они — родные герои и скромные труженики — рыцари долга, все они — самоцветные камни в короне родной страны.
Каждая капля крови, пролитой за неё, каждая жгучая слеза стекают в великий единый поток, которому суждено омыть нашу Родину от позора и бесславия и вернуть ей счастье и блеск.
И самый скромный, самый незаметный подвиг — велик, ибо он — ПОДВИГ — и другого имени ему нет…

Светлой памяти военного лётчика есаула Виталия Эрастовича100 Попова
Безвременно, как все они, и мужественно, как все они, погиб есаул Виталий Эрастович Попов. Военный лётчик. Донской казак. Погиб на большевистском фронте, исполняя свой боевой долг. Он был воспитанником Донского императора Александра III корпуса, который окончил в 1908 году. По первому разряду кончил в 1911 г. Николаевское инженерное училище. По окончании училища он, долго прослужив в Карской крепостной сапёрной роте, ушёл в Гатчинскую авиационную школу, которую окончил в 1912 году, получив звание военного лётчика. С 3 апреля 1913 г. по март 1915 — служил в Ковенском авиационном отряде, а с марта 15-го года — в 32 авиационном отряде особого назначения. Имел все боевые награды до Георгиевского оружия включительно. Имел 97 боевых полётов, 213 боевых часов, часов величайшего нервного напряжения, известного одним только лётчикам. в силу особых условий, связанных с работой на хрупкой ладье, на головокружительной высоте в поднебесье…
Ещё тогда, 16-го августа 1916 года в Галиции этот 213-й час оказался роковым. Случилось то, чего, по рассказам товарищей по отряду, он боялся больше всего на свете — он попал в плен. Неповоротливый тихоход — его «Вуазен» — был сбит двумя немецкими истребителями «Фоккерами» и упал на неприятельскую территорию. Ничто не казалось ему страшнее плена в разгар войны, в то время, когда кипучая, энергичная натура молодого лётчика рвалась к работе. Только в июле 1918 г. удалось ему, трансформировавшись всеми правдами и неправдами в «украинца», вырваться из плена. Но что за «волю» встретил он, вернувшись на дымящиеся развалины Той, к которой рвался он из плена всей исстрадавшейся душой патриота?..
Всюду хозяйничают чужие руки. Всюду развал, предательство и измена. Буквально без дрожи он не мог говорить об ужасе возвращавшихся с ним из плена инвалидов-солдат.
«Ваше благородие, — в смертельной тоске обращались к нему солдаты, которых не коснулось растление предателей, — да где же мы?.. Да неужто же это Россия?.. Да что же это с нашей-то Россией сделалось?..»
Я познакомилась с В. Э. в Киеве, в день его приезда туда. Раньше я слышала о нём, как о прекрасном лётчике, превосходном добром человеке, беспечном, весёлом, жизнерадостном… Я встретилась с застенчивым, глубоко ушедшем в себя, много тяжко и мучительно пережившим и передумавшим человеком. Старые друзья положительно не узнавали его. Куда исчезла его былая живость, непринуждённость? Через несколько дней после приезда он сознался, что первые два-три дня ему было не по себе, жутко было одному выходить на улицу… Всё мерещилось, что вот-вот его опять поймают и заберут в плен… «Узнают немцы, что я не украинец… Опять в Брацлау или ещё куда-нибудь… Нет, нет, лучше пулю в лоб». Да, плен, ни для кого не проходящий бесследно, дался ему особенно тяжело… Так тяжело, что, перевозимый однажды в глубь страны, он на полном ходу мчавшегося поезда, ночью, улучив момент, бросился с поезда, надеясь на слепое счастье: «не убьют — так доберусь до России».
Он не убился… Но разбившийся, израненный, две недели бродил он в болотах, в зарослях кустарника и камышей, терпя неимоверные лишения, муки, горя одной мечтой — добраться до своих… Его поймали полумёртвого от голода и холода и снова заперли в лагерь военнопленных. Что передумал, что пережил он за себя и видя муки пленных наших солдат, сознавая бессилие помочь им?.. «Тоскую безмерно по Родине», — о том он говорил мало, сжато и сильно, с каким-то подкатывающим к горлу нервным клубком, который делал его голос глухим и полным слёз… Он был чутким человеком, сильно чувствовавшим и непосредственным.
1.jpg
1.jpg (148.06 КБ) 4206 просмотров

Подпоручик М. М. Кондрюков (крайний справа) с братом, сестрой и матерью. 1916

Да. Состарил и исковеркал его душу плен. И серебро блестело в густом бобрике волос, и так сводило шею, и дрожали руки, когда вспоминал он о пережитом. А ему было всего 27 лет, этому высокому, крепко сбитому человеку, до плена так мало думавшему, что такое «нервы». К концу недели, проведённой в Киеве, между возвращением из плена и отъездом на Дон, В. Э. немного отогрелся и стал чувствовать себя спокойней. Уже не боялся, что «сцапают». Подбодрился и уехал на Дон. Не терпелось повоевать с большевиками. Только бы получить аппарат — это стало его всепоглощающей мечтой. «Уж набомбил бы им».
Приехав на Дон, В. Э. сейчас же поступил в 1-й Донской авиационный отряд и, как ни уговаривали его родные и друзья отдохнуть, подождать лучшей машины, уже тогда начал работать — он не сдался. И хотя аппарат ему достался скверный и старый, не забиравший больше 600 метров высоты, В. Э. отправился на фронт.
Работать принялся со страстью изголодавшегося по любимому делу. Зачастую вылетал на работу по несколько раз в день и в самый короткий срок налетал больше 80 боевых часов. 7-го сентября в 6 часов утра В. Э. получить приказание произвести глубокую разведку в тылу у большевиков, в районе станции Ремонтная. Как на грех машина его стала совершенно сдавать. Но тогда ещё было на Дону мало аппаратов — рассуждать не приходилось…
Как всегда, положив в карман револьвер на случай, если бы пришлось сесть у красных — попасть к ним в руки живым он не мыслил, — полетел выполнять задание. Наблюдателем был с ним подъесаул Анатолий Тимофеевич Захаров. Выше 600 метров аппарат не забирал, а за Ремонтной перестали работать 2 цилиндра, и неприятельские окопы пришлось на обратном пути проходить на 400 метрах.
«Товарищи», ещё на фронте набившие себе руку на сбивании непременно наших же аппаратов, открыли по «Вуазену» Попова жестокий огонь — ружейный, пулемётный, артиллерийский. Осколком снаряда /шрапнели/ В. Э. был смертельно ранен в спину. Осколок прошёл насквозь и вышел под диафрагмой, разорвал почку и печень.
В. Э. повернул к подъесаулу Захарову искажённое нечеловеческой мукой лицо и сказал: «Я ранен и, кажется, сейчас потеряю сознание. Берите ручку…»
И вот под сильным огневым дождём на страшной высоте над землёю началась борьба со смертью. С нечеловеческим трудом мужественному подъесаулу Захарову удаётся перетащить В. Э. на своё место и самому взяться за управление. Неопытный в этом деле, он тем не менее доводит аппарат до земли, у станции Гашун. Но посадка не удаётся. «Капот». Гондола сплющилась, В. Э. выбросило из неё. Вспыхнуло пламя — загорелся бензин — и охватило платье подъесаула Захарова. Он потерял сознание. Когда он очнулся, то увидел, что В. Э. разговаривает с первым подошедшим к месту катастрофы полковником Постовским, который принял в них самое горячее участие. Полковник Постовский передавал потом, что первыми словами В. Э. был вопрос о состоянии здоровья своего его наблюдателя… Первая просьба была к подъесаулу Захарову скорее рассказать полковнику Постовскому о результатах разведки и затем — «пить… пить». Их перевязали, уложили в вагон и повезли в лазарет. Жестоко, мучительно страдал В. Э. Почти до конца он был в сознании, но ни одной жалобы, ни слова ропота или отчаяния… Истекая кровью и желчью, томился он той страшной жаждой, которая неизбежна при ранении брюшины. Кошмарная жажда, которую окружающие не вправе утолять — в чаянии чуда, исцеления. Ведь каждая капля в этих случаях — это яд. Больше часа метался он в агонии.
«Я лежал у него в головах», — рассказывал подъесаул Захаров, ещё сам совершенно не оправившийся от ожогов и потрясения. — Когда он вдруг затих, я спросил сестру, сопровождавшую нас, отчего он так долго лежит тихо». «Забылся», — тихо ответила сестра, боясь доконать меня страшной правдой».
Забылся… Да. Вечным сном забылся мужественный и честный человек, свято исполнивший свой долг до конца, до последнего проблеска сознания помнивший о служении Отчизне.
Пройдут года. Поднимется во весь вой рост Мощная, Великая, Единая и Неделимая Россия. И будет день, великий день поминовения Россией всех верных сынов её…
И в Великом Потоке Крови святой, в Потоке, которому суждено омыть с лица Родной Земли позор и горе, — есть и его кровь, кровь, тихо погибшего на своём боевом посту военного лётчика Виталия Эрастовича Попова.

ПРИМЕЧАНИЯ
1 Баранов Вячеслав Григорьевич (26 февраля 1888 — 21 июня 1964). Подполковник, военный летчик. Из потомственных дворян, уроженец станицы Луганской Области Войска Донского. Окончил Донской императора Александра III кадетский корпус (1905), Николаевское инженерное училище (1908), ОВШ (1911), ДО ОВШ (1913). В службу вступил в 4-й саперный б-н, затем 5-я воздухоплавательная рота. С начала 1-й мировой войны военный летчик Гродненского КАО, с 1915 — командир АО гвардейского отряда, с апреля 1916 — пом-к ком-ра 1-го АО, с декабря 1916 — ком-р 7-го АО, с ноября 1917 — начальник АО Полевого управления АВ. В период гражданской войны — инспектор авиации УНР и Украинской державы. С сентября 1918 — ком-р ДСД, в 1919 — генерал-майор, инспектор авиации Донской армии, позднее в распоряжении начальника авиации ВСЮР (1920). После эвакуации из Крыма — в эмиграции в Югославии, Франции и Англии. Умер и похоронен в Лондоне.
2 Попов Виталий Эрастович (18 июля 1891 — 7 сентября 1918). Поручик, военный летчик. Из дворян Войска Донского, сын есаула, уроженец станицы Кумшацкой. Окончил Донской кадетский корпус (1908), Николаевское инженерное училище (1911), АО ОВШ (1913). В начале войны — летчик Ковенского Крепостного АО, с декабря 1914 — летчик 33-го КАО, с марта 1915 — летчик, а с ноября 1915 — командир 32-го КАО. 15 агуста 1916 подбит в бою над немецкой территорией и попал в плен. Во время гражданской войны — летчик 1-го ДСО. Смертельно ранен во время разведывательного полета над станцией Ремонтная.
3 Каледин Алексей Максимович (1861—1918), генерал от кавалерии, первый избранный войсковой атаман Войска Донского. Организатор борьбы с большевиками на Дону. Окончил жизнь самоубийством.
4 Богаевский Митрофан Петрович (1881—1918). Председатель Войскового круга, заместитель войскового атамана Войска Донского. Арестован и расстрелян красными.
5 Донская армия, созданная под командованием генерала от кавалерии П. Н. Краснова
6 Добровольческая армия, созданная в Новочеркасске под командованием генерала М. В. Алекеева в ноябре 1917 г. В 1918 г. (31 марта — 27 декабря) комадующим был А. И. Деникин.
7 Воинские части, выразившие готовность подчинится верховной власти Центральной Рады, принявшей верховную власть на не оккупированной части Украины после октября 1917 года.
8 Воинские части, поддерживающие создание самостоятельного украинского государства.
9 Шапкин В. В., в 1919 — член Донского Круга.
10 Черячукин Александр Васильевич (1872—1944). Генерал-майор. Во время гражданской войны с 12 февраля 1918 — командующий Западным фронтом обороны Новочеркасска, представитель Дона (атамана Краснова) на переговорах с Украиной о разграничении границ на дипломатической работе добивался в Германии помощи вооружением и снабжением для Донской армии. В эмиграции с 1920. Умер в Ницце.
11 Янченко Василий Иванович, (1894—?), прапорщик. Из мещан. Уроженец г. Никольск-Уссурийска. Окончил техническое училище в г. Саратове, ОША ОВФ (1915). Добровольно вступил в армию. С августа 1915 на фронте летчиком 12-го КАО. В декабре 1915 переведен в 3-й КАО, а в марте 1916 — в 7-й АОИ, в сентябре 1917 — в 32-й КАО. Во время Гражданской войны служил в авиации ВСЮР. После 1920 эмигрировал. Жил и умер в США.
12 Федоров Дмитрий Васильевич. Инженер-поручик, военный летчик. С мая по октябрь 1917 — помощник командира корабля «Илья Муромец». Во время гражданской войны — летчик-наблюдатель 3-го ДСО.
13 Усов Михаил Иванович (8 ноября 1889 — 3 декабря 1928). Капитан, военный летчик. Из крестьян Рязанской губ. Окончил реальное училище (1908,. Алексеевское ВУ (1910). В службу вступил 11-й саперный б-н. После окончания ОША ОВФ (1912) назначен в Сибирский воздухоплавательный б-н. В августе 1914 назначен командиром 1-го Сибирского КАО, на фронте с сентября 1914. 4 октября 1917 назначен помощником инспектора авиации армий Западного фронта. Во время Гражданской войны — полковник, начальник технического управления ВШ ВВД. В 1919—1920 начальник Севастопольской ВАШ. После 1920 — в эмиграции. Умер от инфекционной болезни в г. Элизабетвиль (Бельгийское Конго).
14 Форапонов Алексей Никитич (1894—1944). Сотник, военный летчик. Из казаков Войска Донского. Окончил 2-х классное училище, позднее —землемерное училище. Новочеркасское юнкерское училище (1915). На фронте — офицер 51-го казачьего донского полка, с 1916 — летчик-наблюдатель 9-го КАО. После окончания Севастопольской ВАШ (сентябрь 1917) — летчик 7-го ИАО. Во время гражданской войны — военный лётчик 1-го ДСО. С июля 1920 — войсковой старшина, летчик 4-го АО Русской армии. После 1920 — в эвакуации, служил в авиации Югославии, погиб во время воздушного налета в р-не Карловац-Любляна.
15 Захаров Анатолий Тимофеевич (27 октября 1893 — 6 сентября 1966). Подъесаул, лётчик-наблюдатель. Из казаков Войска Донского. Окончил Донской кадетский корпус (1913), юнкерское училище (1914). На фронте — с октября 1914. С августа 1915 — летчик наблюдатель 1-го КАО, с августа 1916 — 4-го АО. Кавалер Георгиевского оружия. В 1917 окончил школу летчиков-наблюдателей. Во время гражданской войны — летчик-наблюдатель Донской авиации, позднее заведующий радиотелеграфом Управления 1-го ДАД. С мая 1920 — моторист АО Донского корпуса. В эмиграции с 1920 — в Югославии. Во время 2-й мировой войны — подъесаул Русского охранного корпуса. Умер и похоронен в Бостоне (США).
16 Качаловский Константин Николаевич (2 октября 1891 — 6 октября 1969). Подпоручик, военный летчик. Из личных почетных граждан, православный. Окончил Нижегородскую гимназию. Призван в армию в июле 1914 рядовым артиллеристом. За боевое отличие в июне 1915 произведен в прапорщики. С января 1916 — летчик-наблюдатель 11-го КАО. По окончании Севастопольской ВАШ (май 1917) — летчик 11-го КАО. Во время гражданской войны — войсковой старшина, командир 1-го ДСО. В 1920 попал в плен к красным. В конце в 1923 года бежал в Польшу, позднее жил в Бельгии и умер в Брюсселе.
17 Широков Иван Иванович (15 сентября 1893 — [не ранее 1 августа 1918]). Подъесаул, военный летчик. Уроженец станицы Усть-Медведицкая Донского казачьего войска. Оокнчил Воронежский КК (1911), Николаевское кавлерийское училище (1913). С 1913 по июль 1914 — хорунжий л.-гв Казачьего полка. С октября 1914 — фронте в составе 3-го казачьего Донского полка, с мая 1915 — летчик-наблюдатель Гренадерского АО. После окончания Гатчинской ВАШ (1916) военный летчик 16-го КАО, с ноября 1916 — в 8-м АОН. Пропал без вести.
18 Жеребцов Константин Михайлович (1893 — 6 марта 1934). Подпоручик, военный летчик. Студент мехмата Московского университета. В действующую армию вступил охотником в 1-й запасной телеграфный батальон. Окончил АШ ИМОВ в 1915. С июля 1915 — летчик 11-го КАО. Во время гражданской — войсковой старшина, летчик 3-го ДСО. С марта 1920 — летчик 4-го АО ВСЮР. В эмиграции с 1920, жил во Франции, умер за рулем такси. Похоронен в Париже.
19 Соколов Иосиф Андрианович (1896—?). Сотник, военный лётчик. Окончил Одесскую АШ (апрель 1917). Летчик 13-го АрмАО с июня 1917. Во время гражданской войны подъесаул, военный летчик 6-го ДСО.
20 Шумков (?—1917). Сотник, военный лётчик. Расстрелян в Таганроге в декабре 1917 г.
21 Крыгин Михаил Андреевич (1 ноября 1890—1938). Лейтенант, военный летчик. Сын офицера Области войска Донского. Окончил Донской кадетский корпус (1909), Морской корпус (1912). В начале 1-й мировой войны офицер флота. С октября 1915 — офицер гидроавиастанции службы связи Черноморского флота. По получении звания военного морского летчика — летчик 1-го корабельного отряда. С июня 1917 — наблюдающий на заводе «Дукс» (Москва). Во время гражданской войны — офицер морской авиации Черного моря. В 1920 эвакуировался в Бизерту на эсминце «Дерзкий». С 1922 — служил в авиации Испании, участник гражданской войны 1936—1938 гг.
22 Клец-Клевцов Павел Зиновьевич. Прапорщик, военный летчик. С февраля по июль 1917 обучался в школе морской авиации. Во время гражданской войны состоял начальником школы мотористов Донской авиации.
23 Кондрюков (Кундрюков) Михаил Михайлович (1889—?). Хорунжий, военный летчик. Из казаков Области Войска Донского. Окончил Новочеркасскую гимназию, учился в Петроградском политехническом институте. Призван в армию рядовым в 34-е мотоциклетное отделение. Окончил ускоренный курс Николаевского кавалерийского училища (1915). После окончания Севастопольской ВАШ (февраль 1917) — летчик 10-го ААО, с июля 1917 — летчик 21-го КАО. Во время гражданской войны — подъесаул, летчик 1-го ДСО. Сведений о пребывании в эмиграции нет.
24 Колпиков Николай Иванович (?—?). Из казаков Войска Донского, уроженец ст. Новочеркасской. Во время гражданской войны сотник, лётчик-наблюдатель 1-го ДСО. Осенью 1920 тяжело ранен, в ноябре эвакуирован из Крыма.
25 Кондратенко Иван Яковлевич. Прапорщик, военный лётчик. Во время гражданской войны состоял в резерве чинов управления донской авиации. В мае заболел сыпным тифом, по выздоровлении переведен в Севастополь.
26 Павлов Георгий Васильевич (10 октября 1893—?). Подпоручик, военный летчик. Уроженец г. Варшава, сын подъесаула. Окончил Донской кадетский корпус (1912), Николаевское инженерное училище (1914), ОША ОВФ (1914). Во время 1-й мировой войны — пом-к командира корабля в ЭВК. Во время гражданской войны — поручик, летчик 1-го ДСО. С сентября 1919 — в авиации ВСЮР. О пребывании в эмиграции сведений нет.
27 Авиационный завод, принадлежавший конструктору самолетов Лебедеву и развернутый в Таганроге в 1915 году.
28 Степной поход — поход донских частей в Сальские степи зимой — весной 1918 г.
29 Александрович Георгий Иванович (26 сентября 1889 — 23 мая 1933), поручик. Из потомственных дворян, православный. Окончил Суворовский кадетский корпус (19808), Павловское военное училище (1910), Севастопольскую ВАШ (июнь 1916). В 1-й мировой войне участвовал в составе 9-го стр. Сибирского полка. В апреле 1915 назначен летчиком-наблюдателем 2-го Сибирского АО. В авиации служил в ВШЛН, 1-м и 12-м АО. Летом 1918 перелетел из Царицына в Новочеркасск, позднее капитан в авиачастях ВСЮР. В эмиграции жил во Франции, умер в госпитале Бруссе в Париже.
30 Лавров Павел Степанович (25 августа 1889 — не ранее 1 октября 1920). Подполковник, военный летчик. Из мещан г. Елец. оокнчил реальное училище в г. Курске (1909), Военно-топографическое училище (1911). С 1915 — летнаб 1-го Сибирского КАО. В 1916 окончил школу летчиков-наблюдателей. Во время гражданской войны — полковник, летчик, командир — 2-го ДСО. Попал больным в плен и расстрелян большевиками в Симферополе.
31 Павлов Борис Петрович (24 июля 1886 — 22 февраля 1934). Штабс-капитан, военный летчик. Уроженец г. Могилева, сын коллежского ассесора. Окончил Могилевскую гимназию, Алексеевское военное училище (1908). Вышел в армию офицером в 2-й стр. Туркестанский полк. После окончания ОША ОВФ (1912) летчик Новогеоргиевского КрАО. В июне 1914 потерпел аварию и до декабря 1915 находился на лечении. С января 1916 прикомандирован к 2-й АР, с марта 1916 — пом-к командира, с апреля 1917 — ком-р роты. Во время гражданской войны — капитан, помощник командира поезда-мастерской ДА. В эмиграции с 1920 — Турция, Югославия, Франция. Умер и похоронен в Париже.
32 Антонов Константин Николаевич (1 октября 1888 — 2 августа 1965), подполковник, военный летчик. Из дворян, православный. Окончил 1-й кадетский корпус (1906), Константиновское артиллерийское училище (1909), Севстпольскую ОША ОВФ (1915). В 1-ю мировую войну вступил в составе 3-го артиллерийского стрелкового дивизиона 17-й артбригады. В сентябре 1914 прикомандирован наблюдателем в 22-й КАО. С 1915 — военный летчик 26-го КАО. С июля 1917 — командир 3-го АД. Во время гражданской — полковник, командир авиачастей Донской армии, ВСЮР и Русской армии. С ноября 1920 — в эвакуации в Турции, Болгарии, Югославии. После 2-й мировой войны — в США. Умер и похоронен в Нью-Йорке.
33 Стрельников Иван Степанович (1886—?). Полковник, военный летчик. Из крестьян Тамбовской губ. Окончил Новочеркасское реальное училище (1906). Тифлисское пех. ЮУ (1909). В службу вступил 1-й Восточно-Сибирский стрелковый полк. После окончания ОША ОВФ (1913) выпущен в 20-й КАО, переведен в 6-й КАО. Выступил на фронт в начале войны летчиком 6-го КАО, в котором состоял до декабря 1916. В декабре 1916 назначен командиром 13-го АД. Во время Гражданской войны — гененерал-майор, командир 1-го ДСД. После 1920 — в эмиграции в Югославии.
34 Коровников Дмитрий Николаевич (25 октября 1886 — [1936]). Подполковник, военный летчик. Из мещан Ковенской губернии, сын штаб-капитана. Окончил 2-й СПб кадетский корпус (1906), Павловское военное училище (1908), ОВШ (1911), АО ОВШ (1913). На фронте с начала войны летчиком 14-го КАО, с 13 октября 1915 — командир 14-го КАО. С 23 сентября 1916 — помощник к-ра 11-го АД, с июля 1917 — командир 11-го АД, с 27 января 1918 — 7-го АД. Во время гражданской войны — полковник, командир 2-го ДСО. С 1920 — в эмиграции в Турции и Югославии. Умер и похоронен в Загребе.
35 Зверев Федор Трофимович (20 сентября 1890 — 16 января 1938). Есаул, военный летчик. Уроженец ст. Наурской Терского казачьего войска. Окончил Владикавказское реальное училище (1909), Казанское юнкерское училище (1911). На фронт выступил офицером 1-го Горско-Моздокского полка. После окончания ОША ОВФ (Август 1915) — летчик 1-го КАО. С июня 1916 — начальник 4-го АОИ, с июня 1917 — пом-к командира Петроградского АД. Во время гражданской войны командир 1-АО Астраханской армии, С марта 1919 — к-р 4-го ДСО. В Русской армии Врангеля — летчик 6-го АО. С 1920 — в эмиграции в Турции, Франции, Ливане. Умер и похоронен в г. Бейрут.
36 Корицкий Валериан Михайлович (6 июня 1888—?). Ротмистр, военный летчик. Из дворян Курской губернии, уроженец г. С-Петербурга. Окончил 2-й СПб кадетский корпус (1906), Николаевское кавалерийское училище (1908). На фронт прибыл офицером 6-го гусарского Клястицкого полка. С июня 1915 — летчик-наблюдатель 14-го КАО. После окончания ОША ОВФ с октября 1915 по декабрь 1916 — летчик 14-го КАО. В декабре 1916 вернулся в свой полк. Во время гражданской войны — подполковник, командир 5-го ДСО. О пребывании в эмиграции сведений нет.
37 Киселевич (Кисилевич) Николай Павлович (20 февраля 1894 — не ранее апреля 1919). Подпоручик, военный летчик. Сын чиновника, уроженец г. Киев. Окончил 1-ю Киевскую гимназию, Алексеевское военное училище (июль 1914). Выпущен в армию офицером-артиллеристом. С апреля 1915 — летчик-наблюдатель 10-го КАО. После окончания Севастопольской ВАШ (февраль 1916) — летчик 8-го КАО, с августа 1916 — 8-го ИАО. Во время гражданской войны — капитан, командир 6-го ДСО. Будучи больным тифом застрелился.
38 Мозонов Константин Лукич (22 февраля 1890—?). Поручик, военный летчик. Из мещан Смоленской губ. Кончил Смоленское реальное училище, Казанское военное училище (1910), выпущен в армию офицером в 1-й пех. Невский полк. После окончания ОША ОВФ (1914) — летчик 21-го КАО, с апреля 1916 — прикомандирован к 2-му АП. Во время гражданской войны капитан, в резерве управления начальника авиации Донской армии, позднее во ВСЮР — в такой же должности. О пребывании в эмиграции сведений нет.
39 Левицкий (Левитский) Александр Тихонович (?—1919). Мичман, военный летчик. В авгсте 1919 окончил Офицерскую школу морской авиации. Во время время гражданской войны — начальник мастерских Донского авиапарка. Погиб в декабре 1919.
40 Прихненко Степан Михайлович, летчик-наблюдатель 2-го ДСО, убит не ранее 15 января 1920 г., т. к. в приказе № от 15.01.1920 упоминается как действующий летчик-наблюдатель.
41 Сидорин Владимир Ильич (1882—1939), Сидорин Владимир Ильич (1882—1943). Генерал-лейтенант. В во время гражданской войны — в белом движении с самого начала — участник боев за Ростов и Степного похода. В 1918—1919 — начальник штаба походного атамана Донского казачьего войска генерала Назарова А. М. на Северном фронте, начальник Полевого штаба походного атамана генерала П. Х. Попова, В 1919—1920 — командующий Донской армией. Предан суду за сепаратистские выступления. Эмигрировал из Крыма в мае 1920. В эмиграции: Болгария и Сербия, Чехословакия с 1924 г., Германия с 1939 г. Умер в Берлине.
42 Богаевский Африкан Петрович (1872—1934). Генерал-лейтенант, с февраля 1919 — войсковой атаман Всевеликого войска Донского. Участник 1-го Кубанского (Ледового) похода. В ноябре 1920 эвакуировался из Крыма с частями армии генерала П. Н. Врангеля. Умер и похоронен в Париже.
43 Глаголев Николай Матвеевич — директор-распорядитель авиационного завода «Матиас и К°» в г. Бердянск
44 Мамантов (Мамонтов) Константин Константинович (1869—1920), генерал-лейтенант. В Донской армии командовал группой войск, затем 4-м Донским конным корпусом ВСЮР. В августе-сентябре 1919 совершил знаменитый рейд по тылам Южного фронта красных. За поражение в декабре отстранен от командование. Умер от тифа и похоронен в Екатеринодаре.
45 Тарарин Василий Васильевич (1 апреля 1894—?). Из казаков Области войска Донского. Окончил Полтавский КК (1911), Николаевское кавалерийское училище (1913). Выпущен в 16-й казачий Донской полк. С декабря 1915 — летчик-наблюдатель 1-го АрмАО и 5-го АОИ. С марта по октябрь 1917 — в Севастопольской ВАШ. Во время гражданской войны — есаул, военный летчик 2-го ДСО, позднее 4-го, 1-го и 6-го ДСО. О пребывании в эмиграции сведений нет.
46 Варламов, член Донского войскового круга. Возможно, ошибка в написании фамилии. Имеется ввиду Харламов Василий Акимович (1875—1957), постоянный член Донского Круга.
47 Веселовский Валентин Семенович (19 мая 1891—?). Подпоручик, военный летчик. Из потомственных почетных граждан, православный. Окончил каменец-подольское с/х училище. Вступил в армию охотником в октябре 1914 г. после окончания Севастопольской ОША ОВФ ( с сентября 1915) — летчик 12-го КАО. В марте 1917 перевёден в 8-й АО. Во время гражданской войны — капитан, летчик Донской авиации. В 1920 в резерве Управления начальника авиации ВСЮР. С 1920 г в эмиграции. Проживал в Румынии.
48 Богатырёв Петр Григорьевич (1889 — 20 июля 1933). Есаул. Из казаков ст. Вешенской Области Войска Донского. Во время полета весной 1919 года — сотник, выполнял обязанности офицера связи и летчика-наблюдателя. В 1920 — есаул штаба 2-й Донской конной дивизии. Умер от черной маляррии в городской больнице в г. Бургас (Болгария)
49 Ткачев Вячеслав Матвеевич (1885—1965). Генерал-майор, военный летчик. Из казаков Окончил Нижегородский графа Аракчеева кадетский корпус (1906) и Константиновское артиллерийское училище (1909). Находясь на службе в Одесском кадетском корпусе окончил авиационную школу при Одесском аэроклубе (1910). После окончания ОША ОВФ (1912). — летчик 3-й АР. С начала 1-й мировой войны командир 20-го КАО. Первый кавалер ордена Св. Георгия в русской авиации. Позднее — начальник авиадивизиона, инспектор авиации Юго-Западного фронта. С марта 1917 — полковник и генерал-инспектор авиации. Во время гражданской войны — начальник авиации ВСЮР, в Русской армии генерала Врангеля — генерал-майор и начальник авиации. С 1920 в эмиграции — Турция, Болгария, Югославия. Автор работ по теории воздушного боя. В 1944 был депортирован в СССР, осужден на 10 лет лагерей. После вовзращения из ГУЛАГа остался в СССР. Автор книги о П. Н. Нестерове и вопоминаний о русской авиации в 1910—1917 гг.
50 Плющик-Плющевский Юрий Николаевич (1877—1926) — генерал-майор Генерального штаба. В Добровольческой армии с самого начала движения. С начала 1919 г. по февраль 1920 г. — генерал-квартирмейстер штаба Главнокомандующего, затем в эмиграции в Сербии, потом в Париже.
51 Ситников Георгий Алексеевич (1867—1959). Генерал-майор. Во время Общедонского восстания весной 1918 — я сам могу сказать «Командир Бузулукского отряда в Хоперском округе. В Донской армии генерала Краснова — командир дивизии в 3-м Донском корпусе. Донского атамана. После ухода генерала Краснова с поста Донского атамана — инспектор тыла Донской армии при начальнике штаба генерале Кельчевском. В Донском корпусе в Крыму в 1920 г. — в распоряжении генерала Абрамова. Эвакуировался с Донским корпусом из Крыма на остров Лемнос, откуда переехал в Болгарию, а затем во Францию. В 1933 вернулся к сыну в Югославию. Жил и скончался в городе Вальево.
52 Секретев Александр Степанович (1881—1931). Секретев Александр Степанович (1885—1930). Генерал-лейтенант. В Белом движении: командир 1-го Донского конного полка во время Всеобщего Донского восстания, позднее командир казачьей бригады в Донской армии. Конная группа генерала Секретева во время Верхне-Донского восстания, наступая с юга и прорвав извне окружение 15-й стрелковой дивизии Красной армии, 25 мая 1919 подошла к станице Казанской. Это позволило окруженным Донским войскам встречным ударом изнутри также прорваться и выйти навстречу войскам Секретева. После этих боев назначен командиром 9-й Донской конной казачьей дивизии в корпусе генерала Мамонтова, участник знаменитого «рейда» по тылам Красной армии. Позднее в резерве. В эмиграции с 1920. Вернулся в СССР в 1922. Арестован НКВД и расстрелян в мае 1930.
53 Бессонов Пётр Иванович (1888 — 27 июля 1919). Подпоручик, военный летчик. Из мещан г. Смоленска. Окончил Смоленскую гимназию, учился на юридическом факультете СПб университета. На военную службу вступил охотником в августе 1914 г. После окончания Севастопольской ВАШ (июнь 1916) по апрель 1917 — военный летчик 26-го КАО. Участник Всероссийского съезда авиации, член Всероссийского совета. Позднее — отозван для работы в штабе УВВФ. В период гражданской войны штабс-капитан, военный летчик 3-го ДСО. Умер от сыпного тифа в Новочеркасске.
54 Троцкий (Бронштейн) Лев Давыдович (1879—1940). Во время гражданской войны — Председатель Реввоенсовета РСФСР, нарком по военным делам, член ЦК РКП(б).
55 Де Мор (Демор) Евгений Павлович (?—18 июня 1919). Старший унтер-офицер, военный летчик. Окончил Севастпольскую ВАШ, в 1917 — летчик 2-го АртАО. Во время гражданской войны — механик Донского авиапарка, в 1919 — летчик 2-го ДСО. Погиб при вынужденной посадке.
56 Кутепов Александр Павлович (1882—1930). Генерал от инфантерии. Один из лидеров Белого движения, командовал корпусом во ВСЮР, позднее корпусом и 1-й армией в Русской армии П. Н. Врангеля. С 1920 в эмиграции. Похищен ОГПУ в Париже, умер по пути в СССР.
57 Снимщиков Захарий Васильевич (7 февраля 1896 — сентябрь 1919). Поручик, военный летчик. Из крестьян Курской губернии. Окончил железнодорожное училище. В Действующую армию вступил окотником в 1-ю АР в декабре 1914. После окончания Севастопольской ВАШ (апрель 1916) — летчик 9-го ААО. Во время гражданской войны — штабс-капитан, летчик 4-го ДСО. Погиб во время боевого вылета в сентябре 1919.
58 Думенко Борис Мокеевич (1888—1920). Войсковой старшина. Из казаков войска Донского. Участник 1-мировой войны. Во время гражданской войны — организатор кавалерийских частей РККА, в т. ч. 1-й Конной армии. Весной 1919 возглавлял войсковую группу из 5 дивизий, включая две кавалерийские, участвовал в подавлении Вешенского восстания. В бою на р. Сал (25 мая 1919) был тяжело ранен. В феврале 1920 арестован и осужден по ложному обвинению. Расстрелян вместе с др. членами штаба в мае 1920.
59 Максимов Сергей Константинович (?—?). Капитан, военный летчик. В службу вступил вольноопределяющимся в 178-й пехотный полк. В октябре 1914 произведен в прапорщики. Кавалер ордена Св. Георгия (3 ноября 1916). Во время гражданской войны — летчик 5-го ДСО.
60 Ларионов Николай Сергеевич (18—10 сентября 1919). Подпоручик, военный летчик. Во время гражданской войны — поручик, летчик — 5-го ДСО. Погиб во время полета близ хутора Козловского.
61 Байков Николай Михайлович (22 марат 1888—?). Есаул, военный летчик. Из дорян Войска Донского. Окончил Донской КК (1906), Николаевское кавалерийское училище (1908). На фронт прибыл в составе 17-го и 51-го казачьих полках, с 1916 — летчик-наблюдатель 15-го КАО. Закончил Севастопольскую ВАШ и назначен командиром 15-го КАО. Во время гражданской войны помощник начальника 2-го ДСД.
62 Константинов Борис Михайлович (15 июня 1887 — август 1920). Подпоручик, военный летчик. Из потомственных дворян Черниговской губ. Окончил Харьковский университет, прапорщик артиллерии запаса (1913). В армии по мобилизации с июля 1914 — офицер 70-й артбригады. По окончании ВАШ с декабря 1916 — летчик 15-го КАО. Во время гражданской войны — капитан, летчик 4-го ДСО. Погиб во время полета.
63 Грищенко Аркадий (?—15 декабря 1919). Зауряд-прапорщик, заведующий фотографической лабораторией корабельной авиации. В январе 1917 назначен летчиком-наблюдателем в 4-й АД. Во время гражданской войны — подпоручик, летчик 4-го ДСО. Погиб во время полета.
64 Жматко (Жметко), Жметкин) Иван Дмитриевич (1896 — 14 августа 1919). Хорунжий, военный летчик. Окончил реальное училище. После артиллерийского училища выпущен в 6-ю Кубанскую казачью батарею. Прошел курс обучения в Кавказской ВАШ (с марта по октябрь 1917). Во время гражданской войны — сотник, летчик 4-го ДСО. Погиб во время полета на самолете новой конструкции.
65 Битте Эдвин Мартынович (1895—1922). Штабс-капитан, военный летчик. Окончил Константиновское артиллерийское училище и Севастопольскую ВАШ (октябрь 1917). В время гражданской войны перелетел из состава 9-го АОН РКВВФ на сторону белых. Штабс-капитан, военный летчик 3-го ДСО. С апреля 1920 летчик 2-го ДСО. После эвакуации из Крыма — переехал в Латвию. Служил в латвийской авиации. Погиб в полете под Ригой.
66 Богдановский — во время гражданской войны — подпрапорщик, старший механик Донской авиации, участник полета на связь с Уральской армией.
67 Имеется ввиду учрежденный войсковым кругом Уральского войска в 1918 году для награждения казаков крест Святого Архистратига Михаила, который носился на малиновой ленте. Кресты имеют типовые отличия.
68 Кудинов Павел Назарьевич (1891—1967). Хорунжий. В марте 1919 возглавил Вешенский мятеж, охвативший по существу весь Верхнедонской округ, фактически — командующий войсками всего округа. С 1920 в эмигрирации в Болгарии. За сотрудничество с органами ОГПУ-НКВД в 1938 выслан из страны. В 1944 был выдан Болгарским правительством СССР и осужден по делу о Вёшенском восстании на 10 лет. В 1956 освобожден, реабилитирован, вернулся в Болгарию. В 1967 попал под поезд и скончался от ушибов.
69 Венсович Александр Тимофеевич (18—19). Сотник. Из казаков Войска Донского. Окончил Новочеркасское военное училище (1914). Во время гражданской войны — есаул, летчик-наблюдатель ДА. В апреле 1919 — августе 1920 — адъютант Управления начальника ДА.
70 Хомич Владмир Иванович (?—30 августа 1919). Поручик, военный летчик. В 1917 — летчик-наблюдатель 9-го ААО, концу года — летчик. Во время гражданской войны в составе отряда Снимщикова перелетел к белым, с 15 октября 1918 — летчик — 3-го ДСО. Погиб во время полета близ станции Митрофановка.
71 Макаренко Иван Иванович (?—1943). Унетер-офицер, военный летчик. Службу вступил в 26-й КАО. Окончил авиашколу в Одессе, позднее летчик 9-го АО. В 1917 попал в плен. Вернулся из плена и вступил в РККА. 15 октября 1918 с отрядом Снимщикова перелетел на Дон. Во время гражданской войны — летчик 2-го ДСО. В эмиграции жил в Шанхае.
72 Осташевский Антон Яковлевич (?—19 июля 1919). Подпрапорщик, военный летчик. Призван на действительную службу рядовым 6-й авиароты. После окончания Севастопольской ВАШ (май 1916) — летчик 9-го ААО. Во время гражданской войны перелетел в октябре на Дон. Поручик, летчик Донской авиации. Погиб во время учебного полета вместе со своим мотористом при переучивании на самолет конструкции «Арриет».
73 Добровольский Лука Евментьевич (?—20 мая 1976). Рядовой, военный летчик. Уроженец г. Ялта. Призван на военную службу в 1916. Окончил Одесскую АШ. С июля 1917 — летчик 37-го КАО. С августа 1917 — в 9-м ААО. Во время гражданской войны перелетел на Дон. Поручик, летчик 1-го, позднее 2-го ДСО. С 1920 — в эмиграции. С 1923 — во Франции. Последние годы жил и умер в Марокко.
74 Аладьин Сергей Николаевич. Штабс-ротмистр, летчик-наблюдатель 9-го ААО. Во время гражданской — ротмистр, летчик-наблюдатель — 9-го ДСО. Погиб во время полета 30 августа 1919 близ станции Митрофановка.
75 Хашковский — чиновник 9-го ААО, участник перелета 9-го отряда в октябре 1918 г. к белым. Во время гражданской войны ?
76 Минченков во время гражданской войны — начальник штаба корпуса
77 Тарасов (? — не ранее мая 1918). Капитан, военный летчик. Последний командир 36-го КАО.
78 Воронцов Константин Дмитриевич (14 октября 1894—1918). Поручик, военный летчик. Из мещан г. Тулы, православный. Окончил Тульское реальное училище. Во время 1-й мировой войны закончил ускоренный курс Константиновского арт. училища (1915), Московскую АШ и Севастопольскую ВАШ (декабрь 1915). С января 1916 — летчик 20-го КАО, с октября 1917 — последний командир 20-го КАО. Награжден орденом Св. Георгия 4 ст. (1917). Расстрелян петлюровцами во время перелета от красных на Дон.
79 По сведениям советских источников перелет состоялся в октябре 1918 года.
80 Федоров, в 1917 г. — капитан
81 Кочубей — князь, военный комиссар Красной армии в г. Тамбов.
82 Багровников Иван Михайлович (23 января 1893—1938). Подпоручик, военный летчик. Из мещан г. Углича, православный. Окончил Московское Алексеевское промышленное училище, в 1914 сдал экстерном экзамены за курс 1-го Московского кадетского корпуса, затем ускоренный курс Алексеевского военного училища (1915) и Севастопольскую ОВШ ОВФ (1916). В 1915 прикомандирован наблюдателемв 5-й КАО. С 1916 по 1917 — военный летчик 9-го АО. В период гражданской войны в 1918—1919 гг. летчик 3-го ДСО. В январе 1920 назначен в Донской авиапарк. При отступлении в Крым попал в план. С марта 1920 — инструктор Московской АШ РККФ. Осенью 1921 — уволен в запас. В 1936 — арестован. Срок отбывал в Воркутлаге. Из лагеря выбыл в 1938.
83 Дуботолков Петр Яковлевич (?—5 января 1920). Младший унтер-офицер, военный летчик. Урожнец г. Нижний Новгород. Окончил Севастопольскую ВАШ в марте 1917. С апреля 1917 — летчик 9-го ААО. Во время гражданской войны перелетел в октябре 1918 на Дон. Прапорщик, летчик 1-го ДСО. Умер от тифа.
84 Казаков Иван Николаевич (6 января 1891—?). Прапорщик, военный летчик. Уроженец Смоленской губ. Окончил церковно-приходскую школу и двуклассное техническое училище, работал слесарем в гараже. В действующую армию вступил охотником — рядовым 12-й автороты, с ноября 1915 — рядовой 1-го АП. После окончания АШ ИВАК (с октября 1916 по декабрь 1917 — летчик 34-го КАО. Во время гражданской войны с апреля 1918 по май 1919 — летчик РККА. 30 мая 1919 перелетел на Дон. Прапорщик, с мая по сентябрь 1919 — летчик 2-го ДСО. С марта по июль 1920 — рядовой 2-го пех. Марковского полка. Позднее — офицер 1-го АП Русской армии. О пребывании в эмиграции сведений нет.
85 Сацевич Северин Григорьевич (1895—?). Старший унтер-офицер, военный летчик. Призван в Действующую армию в апреле 1915. После окончания московской авиационной школы (1917) — летчик 34-го КАО. Во время гражданской войны перелетел на Дон (летом 1919), позднее — летчик 2-го ДСО.
86 Стрижевский Владимир Иванович (13 декабря 1894 — 22 августа 1940). Подпоручик, военный летчик. Из потомственных дворян Могилевской губ. Окончил реальное училище, студент Петроградского Политехнического института. Окончил ОША ОВФ (1915). Летчик 16-го КАО, 9-го и 10-го АОИ. Кавалер ордена Св. Георгия. Во время гражданской войны — военный летчик, капитан. Летчик 3-го ДСО, с сентября 1919 — в авиации ВСЮР. В эмиграции служил в гражданской авиации в Югославии, погиб в авиакатастрофе.
87 Тау Георгий Эрнестович (1896 — август 1920). Унтер-офицер, военный летчик. Окончил Петроградское коммерческое училище. После окончания ОША ОВФ (1915) летчик 22-го КАО. Во время гражданской войны — подпоручик. В октябре 1918 — летчик 1-го ДСО, позднее в авиации ВСЮР. Погиб в боях в Северной Таврии, сражаясь в пехоте.
88 Акашев Константин Васильевич (1888—1931). Один из руководителей РККВВФ. Окончил военную авиационную школу в Италии (1911), Высшее училище аэронавтики и механики (1914) и военную авиационную школу (1915) во Франции. С 1916 — на фронте?. После Февральской революции — первый комиссар Управления ВВФ, с декабря 1917 — председатель Всероссийской коллегии по управлению Военно-Воздушным Флотом Республики. В мае — июне 1918 комиссар, с июля военком Главного управления Рабоче-Крестьянского Красного Военно-Воздушного Флота (Главвоздухофлот). Оставаясь в руководстве Главвоздухофлота, с августа 1918 — командующий авиационными частями 5-й армии Восточного фронта. В июне — декабре 1919 начальник авиации и воздухоплавания Южного фронта. В августе — сентябре 1919 возглавил авиагруппу, созданную для борьбы с конницей генерала Е. М. Мамонтова. В марте 1920 — феврале 1921 начальник Главвоздухофлота. Репрессирован и расстрелян.
89 Кельчевский Анатолий Киприанович (1869—1923). Генерал-лейтенант Генерального штаба. Во время гражданской войны — начальник штаба группы войск генерала К. К. Мамантова, а с февраля 1919 по 27 марта 1920 — начальник штаба Донской армии в составе ВСЮР. В конце марта 1920 г. назначен генералом Деникиным военным министром Южно-Русского правительства. В апреле 1920 предан военному суду и выслан из Крыма генералом Врангелем. В эмиграции жил и похоронен в Берлине.
90 Иванов Владимир Дмитриевич (1896—?). Капитан, военный лётчик. Окончил Чугуевское военное училище и Севастопольскую ВАШ (июнь 1916). С июля 1915 — летнаб 27-го КАО, позднее летчик 23-го КАО и 1-й САО.
91 Каменев Григорий Михайлович (1890 — 2 марта 1919). Прапорщик, военный летчик. Окончил Орловский кадетский корпус, техническое училище в Англии, ВАШ (декабрь 1916). С апрлея по сентябрь 1917 — летчик 6-го АОИ. В сентябре 1917 переведен в распоряжение УВВФ. Во время гражданской войны — поручик, офицер управления 1-го ДСО. Погиб во время полета в г. Новочеркасск.
92 Бобров Александр Семенович (?—13 августа 1919). Прапорщик, военный летчик. В армию вступил охотником в 1914 г. Окончил Севастопольскую ОША ОВФ (1915). По окончании школы — военный летчик 4-го Сибирского КАО, с апреля 1917 — в АО ША. Во время гражданской войны — летчик 1-го ДСО. Разбился во время полета.
93 Липявкин (?—10 сентября 1919) — подпоручик, летчик-наблюдатель. Во время гражданской войны — летчик-наблюдатель 5-го ДСО. Погиб во время полета близ хутора Козловского.
94 Масловский Федор Степанович (7 февраля 1896 — 10 ноября 1919). Старший унтер-офицер, военный летчик. После окончания Севастопольской ВАШ (март 1916) — летчик 10-го АО, с мая 1917 — в Петроградском АО. Во время гражданской войны — летчик 6-го ДСО. Погиб во время полета.
95 Сведения о смерти ошибочные. В Симферополе был тяжело ранен и попал в плен к красным.
96 Колчин Федор Федорович, (13 июня 1890 — 17 июня 1919), поручик. Из потомственных почетных граждан. Урож. С.-Петербурга. Окончил 5 классов кадетского корпуса. 7 классов частного коммерческого училища им. С. А. Холмогорова в С.-Пб и АШ ПРТВ (1911). По окончании АШ много и уверенно летал в спортивно-коммерческих целях, был популярен среди широкой публики. Участвовал в 1-й Балканской войне летчиком-добровольцем. На фронте добровольцем с 28 июля 1914 летчиком 3-го ПАО. За боевые отличия произведен в офицеры. В январе 1917 назначен в АД охраны Ставки. В июле 1917 прикомандирован к УВВФ (приемочная часть). Во время Гражданской войны — штабс-капитан, военный летчик 2-го ДСО. Умер от тифа в Новочеркасске.
97 Ошибочно назван летчиком-наблюдателем. Его полеты в качестве наблюдателя во время восстания в Вешенской — заурядное явление для обстановки гражданской войны.
98 Правильное написание Антепович Александр Владимирович
99 Штюрмер (Штырмер) Всеволод Иванович застрелился 3 марта 1923. К окончанию гражданской войны имел чин капитана.
100 Текст публикуется по рукописи В. Г. Баранова. Разночтения с некрологом, составленным Е. С. Дьяковой и опубликованным в журнале «Донская волна» № 1918 С. 12—23. незначительны и в публикации не оговариваются. Е. Д. — псевдоним Екатерины Сергеевны Дьяковой. (? — не ранее 1964). Жена В. Г. Баранова.
Публикация А. В. МАХАЛИНА, А. А. ЛИТВИНА
http://feb-web.ru/feb/rosarc/rai/rai-497-.htm

Ответить

Вернуться в «ВОЖДИ и ГЕРОИ КАЗАЧЕСТВА»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость